В этом году не стало гродненского поэта Юрия Гуменюка, ему было 43 года, на хлеб он зарабатывал радиорепортажами. Обстоятельства смерти проверяли в течение двух месяцев, вывод: самоубийство. Происшедшее оставляет вопросы без ответа.

Задаются ими друзья и знакомые поэта. Задаемся и мы вместе с журналистом Андреем Почобутом, прогуливаясь туда-сюда возле бывшего королевского театра в Гродно, ныне — кукольного театра, где Юрий Гуменюк работал когда-то заведующим литературной частью.

Попытка вербовки?

Почобут: «Меня вызвали последним из его знакомых, друзей, кого опрашивал Следственный комитет. Так случилось, что все уже было расследовано, и мне показалось, что это просто формальность. С утра меня опросили, а вечером уже была информация Следственного комитета об окончании проверки, об отказе возбудить уголовное дело.

Перетресли всю его жизнь: все его недостатки, слабости были оформлены в виде показаний.

Я со своей стороны посчитал нужным рассказать такую историю. В 2009 году Юрий приходил ко мне в Союз поляков: „Тут такое дело, на меня наехало КГБ, они меня шантажируют, у них на меня компромат“. Я ему сказал: „Юра, посылай их подальше. Иначе будет у тебя на всю жизнь хомут, будут тебя как на поводке водить“. Он говорит: но компромат! Ну что же, трудно, неприятно, но свобода дороже стоит… Такая была краткая беседа. И после этого мы не возвращались к ней, я не знаю, настоящая ли была проблема с КГБ или мнимая.

Как я понял, возможно, пытались его завербовать. Вот это, я, конечно, рассказал в Следственном комитете. В протокол мои объяснения не попали. Следователь их не записала, сказала, что КГБ ее не интересует. Тогда я от руки приписал о том, что Юрка жаловался на преследование со стороны КГБ и что я считаю, что этот момент должен быть отражен. По крайней мере, можно же было поинтересоваться, проводились ли в отношении него какие-либооперативно-розыскные мероприятия, с чем были связаны, какова была их цель?

Многие считали это Юркиными фантазиями. Возможно. Но возможно, что и не фантазии. Я считал бы, что даже если хотя б на десять всего процентов история с КГБ имела место, учитывая, что Юрка — поэт и так далее, это могло стать одной из причин, подтолкнувших его к самоубийству. Как на самом деле — я не знаю, поскольку „в недрах Лубянки“ все это лежит».

Намерение жениться?

Почобут: «Он хотел жениться. Мать переживала, что он одинок. Искал женщину с ребенком. Такая женщина жила неподалеку. Были намерения жениться. С его стороны, по крайней мере. Они с матерью собирались идти к ней на следующий день. Мне кажется, это было серьезно».

Раны на теле

Почобут: «По версии Следственного комитета, поэт пытался нанести себе раны ножом. На теле остались следы. В этом контексте возникает вопрос — может, действительно это было именно самоубийство? Но даже если это самоубийство, мне кажется, что следовало проверить относительно КГБ то, о чем я говорил».

«Ты меня подставляешь»

Одному из знакомых, что живет по соседству, ночью, накануне смерти, Юрий Гуменюк прислал СМС — «ты меня подставляешь». Однако этот человек сказал, что понятия не имеет, о чем шла речь. Такие он дал объяснения в Следственном комитете.

Душа поэта

Почобут: «У Юрия Гуменюка не возникало желания расстаться с жизнью. С одной стороны, была трагедия вот какая: он ментально оставался в возрасте, наверное, 25-ти лет, хотя был гораздо старше. Второе: он поэт, выдающийся поэт, один из лучших поэтов среди молодых, по моему мнению. Ему нужны были не деньги, а слава, признание. Для него это было очень важно. У нас с ним сложились хорошие отношения по одной простой причине — мне нравилась его поэзия.

Я мог ему сказать что-нибудь резкое насчет его поведения. И он это принимал и не обижался по той причине, что он знал, что я скажу: „Юрка, ты же поэт, зачем тебе журналистика, повседневность, ты пиши стихи, ты с Богом разговариваешь. Стихи останутся, а газета — она один день живет“. Он отвечал: „Кому это нужно сегодня? Ну, издам я книгу стихов, и что с того?“

Но у него нормальные были творческие планы, он собирался книжку издавать. Этот вопрос возникал во время разговора в Следственном комитете: вот, мол, он исчерпал себя, в творческом тупике находился… А он мне время от времени показывал новые стихи, но я не знал, что их так много.

Мы с ним вместе работали когда-то в газете „День“. Для всех шоком стало случившееся. Никто не был готов. Не видно было, чтобы он к этому шел, к суициду. Ощущалась загнанность, но она не была направлена на некую аутодеструкцию. Поэты не такие люди как все, скажем так. У него могло быть обостренное восприятие всего. Но я не соглашусь, что были признаки аутоагрессии».

Театр — место, где смерть не редкость. Но даже на сцене самоубийство вряд ли увидишь. В последнем спектакле погибает кукла-Моцарт, кукла-Сальери подсыпала яду в бокал… Простившись, мы с Почобутом разошлись, каждый, в своих мыслях, с поэтом. С поэтом, который покончил с собой не на сцене, оставив городу трагическую историю своей гибели и это послесловие. Возможно, не последнее.

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?