Алексей Лапа — 31-летний временно безработный, до задержания 11 августа 2020 года работал таксистом в Гродно. В тот день его с друзьями задержали и избили. Позже Лапу и одного из приятелей обвинили в насилии над омоновцами. Разбирательство шло в суде Октябрьского района четыре месяца. Алексей себя называет пострадавшим, но никак не виновным.

Читайте также: «Только один выбор — бежать». Таксист из Гродно рассказал, почему не пришел в суд и как оказался в Литве

Ощущения издевательства фашистов над военнопленными

ВЫСОКИЙ СУД!

То, что произошло со мной 11−12 августа 2020 года, это тяжелая травма, как физическая, так и моральная, с которой сложно справиться, отпечаток которой останется на всю жизнь.

Физическую боль, которую я испытал, я не пожелаю никому, даже тем, чьими непосредственными действиями она мне была причинена.

Эта боль настолько сильная, что я — взрослый, крепкий мужчина, не мог выдержать эти зверские удары, нанесенные мне, лежащему на асфальте, ногой в область лица, по голове и всему телу. Мне казалось, что от боли я терял сознание. Я испытывал страх, ужас и непонимание — за что?

Стоит мне вечером перед сном закрыть глаза как сразу же всплывает картинка, когда мою машину бьют неизвестные в черной одежде люди, как в последующем меня ни за что подвергают избиению, ломая кости на лице, причиняя нечеловеческую боль и страдания.

Сравнить мои ощущения можно с переживаниями, испытываемыми героями книг, фильмов про вторую мировую войну, в которых описываются издевательства фашистов над военнопленными.

Даже когда меня везли в машине «Скорой медицинской помощи» я испытывал страх, панику, тревогу и опасение того, что меня опять будут бить, в эти минуты я думал про маму, я один у нее, как она будет без меня.

Мой отец, взрослый мужчина, не может сдержать слез, начиная обсуждение с кем-либо случившееся со мной.

Ни одна таблетка не сможет помочь, забыть все то, что я переживаю сейчас, когда ночью меня мучают кошмары, когда я долго не могу не заснуть, а когда засну, то вижу один и тот же сон: «Я лежу на асфальте, меня кто-то бьет берцем в лицо, я захлебываюсь в крови», после чего просыпаюсь весь в поту, понимая, что это был снова этот сон.

Я все время прокручиваю в голове, что если еще немного, то я мог больше не увидеть своих маму и папу, родных, близких мне людей.

Я уверен, я справлюсь с этим. Ведь я хочу жить, работать, создать счастливую семью, иметь детей.

В какой-то момент я понял, что это может быть конец. Очнувшись в больнице, прикованный наручниками, я не мог поверить в происходящее.

Знаете, что еще в моей памяти остается навсегда, тот момент, когда мама увидела меня. Ее слезы и переживания, когда она потеряла сознание, увидев меня в таком состоянии. Мое сердце рвалось на куски.

Множество травм

Я перенес длительный процесс восстановления, который не закончен и по сей день. На протяжении почти двух месяцев я был как беспомощный ребенок, не мог нормально принимать пищу, питаясь через трубочку, так как во рту стояла шина.

Меня преследуют постоянные головные боли, при этом болят зубы, лицо, глаза.

Как установлено в результате проведенной судебно-медицинской экспертизы, мне были причинены тяжкие телесные повреждения.

Так, 07 декабря 2020 года в СО в УСК Республики Беларусь по Гродненской области я был ознакомлен с заключением судебно-медицинской экспертизы ГКСЭ по Гродненской области управления судебно-медицинских экспертиз № 24−07.1−08/1751, оконченной 20 октября 2020 года, согласно выводам которой у меня, Лапы А.В., установлено наличие следующих телесных повреждений: оскольчатые переломы скуловых костей с обеих сторон, нижней стенки левой глазницы, передней наружной, нижней стенок обеих верхнечелюстных пазух, перелом нижней стенки основной пазухи, переломы наружного и внутреннего крыловидных отростков клиновидной кости с обеих сторон, костей спинки носа, ячеек и горизонтальной пластины решетчатой кости, двусторонний гемосинце (скопление крови в придаточных пазухах носа), кровоподтек век и кровоизлияния под соединительные оболочки правого и левого глаза, кровоподтек лобной области, ушиб с кровоподтеками передней и задней поверхностей грудной клетки и правой поясничной области, кровоподтеки правого бедра, правой голени, ссадины лица (их количество в представленной медицинской документации не описано). Данные телесные повреждения образовались от действия тупого предмета (предметов) не менее чем от десяти травмирующих воздействий незадолго до поступления в УЗ «Гродненская клиническая больница скорой медицинской помощи г. Гродно» 12 августа 2020 года в 01:15, определяются как ТЯЖКИЕ ТЕЛЕСНЫЕ ПОВРЕЖДЕНИЯ по признаку опасности для жизни. Расположение телесных повреждений у меня, Лапы А.В., на различных поверхностях и областях тела не характерно для их образования в комплексе при падении на плоскости.

Я неоднократно находился на излечении в больницах г. Гродно. Так, с 12 по 24 августа 2020 года я находился в УЗ «Гродненская университетская клиника», там же находился с 16 по 19 ноября 2020 года.

С 05 по 23 октября 2020 года я находился на излечении в УЗ «Городская клиническая больница № 3».

На требование суда: «Потерпевшие, встаньте!», я неоднократно поднимался. Поверьте, я делал это не специально. Именно я ощущаю себя таковым, поскольку не считаю себя ни в чем виновным, напротив, являюсь жертвой нечеловеческого обращения со мной со стороны сотрудников милиции.

Почему завели дело

Мне, Лапа Алексею Валерьевичу, вменяется совершение следующих действий — то, что 11 августа 2020 года примерно в период времени с 22 часов 40 минут по 23 часа 10 минут, находясь на перекрестке улиц Советских пограничников и Репина в г. Гродно вблизи магазина «Алми» (ЗАО «Юнифуд») по ул. Советских пограничников, 110а в г. Гродно, действуя с целью воспрепятствования законной деятельности сотрудников органов внутренних дел, принуждения к изменению характера этой деятельности, используя в качестве средства совершения преступления легковой автомобиль «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, применил насилие в отношении милиционеров ОР ОМОН УВД Гродненского облисполкома Конона П.В. и Логиша А.Н., находившихся в форменном обмундировании и при исполнении служебных обязанностей, предусмотренных ст. 23 Закона Республики Беларусь от 17.07.2007 № 263-З «Об органах внутренних дел Республики Беларусь» с изменениями и дополнениями в редакции от 19.07.2016 № 408-З: «Каждый сотрудник органов внутренних дел на всей территории Республики Беларусь независимо от занимаемой должности, места нахождения и времени в случае обращения к нему должностных лиц и других граждан с заявлением или сообщением о событиях, угрожающих личной или общественной безопасности, либо в случае непосредственного выявления таковых обязан: принять возможные меры по пресечению преступления, административного правонарушения, спасению граждан, оказанию нуждающимся необходимой помощи, установлению и задержанию лиц, совершивших преступление, административное правонарушение, выявлению очевидцев преступления, административного правонарушения, охране места происшествия; сообщить об этом в ближайший орган внутренних дел, и должностной инструкцией ОМОН УВД Гродненского облисполкома, которые осуществляли службу по охране общественного порядка и пресечению несанкционированных массовых мероприятий на территории г. Гродно, при следующих обстоятельствах.

Так, согласно предъявленному мне, Лапа А.В., обвинению 11 августа 2020 года примерно в период времени с 22 часов 40 минут по 23 часа 10 минут, находясь на перекрестке улиц Советских пограничников и Репина в г. Гродно вблизи магазина «Алми (ЗАО «Юнифуд») по ул. Советских пограничников, 110а в г. Гродно, управлял легковым автомобилем «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, используемым в качестве средства совершения преступления, не подчинился законным требованиям милиционеров ОР ОМОН УВД Гродненского облисполкома Логиша А.Н. и Конона П.В. об остановке транспортного средства и в целях воспрепятствования законной деятельности сотрудников органов внутренних дел, принуждения к изменению характера этой деятельности, осознавая, что сотрудники органов внутренних дел будут неукоснительно следовать положениям закона, достоверно зная, что на перекрестке улиц Советских пограничников и Репина в г. Гродно вблизи магазина «Алми (ЗАО «Юнифуд») по ул. Советских пограничников, 110а в г. Гродно, милиционер ОР ОМОН УВД Гродненского облисполкома Логиш А.Н. размещен вблизи капота вышеуказанного транспортного средства и корпусом тела пытается остановить дальнейшее его движение, неоднократно совершая соприкосновения ладонями рук по капоту автомобиля, тем самым обозначая свое присутствие, сопровождая свои действия жестами и речью, игнорируя неоднократные требования сотрудника органа внутренних дел, умышленно, начал движение на указанном автомобиле по дороге в сторону автостоянки, расположенной вблизи магазина «Алми (ЗАО «Юнифуд») по ул. Советских пограничников, 110а в г. Гродно, на сотрудника органа внутренних дел Логиша А.Н., тем самым ограничил его движение, а в последующем совершил наезд автомобилем на последнего, а также, достоверно зная о том, что милиционер ОР ОМОН УВД Гродненского облисполкома Конон П.В. размещен вблизи задней правой двери вышеуказанного транспортного средства и пытается остановить дальнейшее его движение, путем открытия кистью левой руки изнутри двери вышеуказанного автомобиля, тем самым обозначая свое присутствие, сопровождая свои действия жестами и речью, игнорируя неоднократные требования сотрудника органа внутренних дел, умышленно с целью нарушения телесной неприкосновенности, личной свободы сотрудника органов внутренних дел, начал движение на автомобиле по дороге в сторону автостоянки, расположенной вблизи магазина «Алми» (ЗАО «Юнифуд») по ул. Советских пограничников, 110а в г. Гродно, тем самым ограничив движение Конона П.В., который при последующем ускорении транспортного средства в вышеуказанном направлении, в связи с совершением автомобилем маневрирования вправо, упал на асфальт с опорой на руки и колени, с предшествующем этому переворотом через голову, причинив соответственно своими умышленными действиями Логишу А.Н. физическую боль, побои и моральный вред, а потерпевшему Конону П.В. телесные повреждения в виде кровоподтеков лобной области, несколько справа от условной срединной линии, передней поверхности в области левого коленного сустава; кровоподтека и ссадины задней поверхности в области левого коленного сустава с распространением на верхнюю треть предплечья, определяющиеся как телесные повреждения, не повлекшие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности.

Такие действия органом предварительного расследования квалифицированы по ст. 364 УК Республики Беларусь, как насилие в отношении сотрудника органов внутренних дел в целях воспрепятствования его законной деятельности, принуждения к изменению характера этой деятельности.

Представитель государственного обвинения поддержал предъявленное мне в ходе предварительного следствия обвинение.

Позиция стороны обвинения о том, что в ходе следствия добыты доказательства, подтверждающие преступные действия и моя вина доказана, не соответствует действительности.

Уголовное дело

Прежде всего, уголовное дело было возбуждено незаконно — при отсутствии поводов и оснований, предусмотренных статьями 166 и 167 УПК Республики Беларусь.

Так, согласно ч. 2 ст. 175 УПК Республики Беларусь в постановлении о возбуждении уголовного дела наряду с иными необходимыми реквизитами указываются повод и основание к возбуждению дела.

Как следует из постановления о возбуждении уголовного дела и принятия к своему производству, оно было вынесено старшим следователем первого следственного отделения Гродненского межрайонного отдела Следственного комитета Республики Беларусь Станишевским К.И. 12 августа 2020 года в 00 часов 10 минут.

Поводом для его возбуждения явилось непосредственное обнаружение органом уголовного преследования сведений, указывающих на признаки преступления, а именно, как следует из вводной части постановления о возбуждении уголовного дела - материал проверки, зарегистрированный в ЕК ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно № 17 948 от 11 августа 2020 года.

Данный материал проверки, как следует из данного постановления, содержал наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления, предусмотренного ст. 364 УК Республики Беларусь, что являлось основанием к возбуждению уголовного дела.

Анализ имеющихся в материалах дела документов позволяет сделать вывод о том, что на момент возбуждении уголовного дела (12 августа 2020 года 00 часов 10 минут) не существовало материала проверки, зарегистрированного в ЕК ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно № 17 948 от 11 августа 2020 года.

Так, как следует из выписки из автоматизированной системы «Оперативно-дежурная служба» (далее — АС «ОДС») (Т. 1, л.д. 2) информация о происшествии согласно которой водитель автомобиля «Шкода Рапид», 01 32 ММ-4, нанес телесные повреждения сотруднику ОМОН Конону П.В. при попытке скрыться, зарегистрирована в АС «ОДС» (единой книге) в оперативно-дежурной службе ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно 12 августа 2020 года в 04:30:07 под № 17 948.

При этом в качестве источника сообщения указан рапорт ОУР ОВД Лагутика. Рапорт последнего (Т. 1, л.д. 3) также датирован 12 августа 2020 года и на нем стоит регистрационный штамп с № 17 948 от 12 августа 2020 года.

Из данного рапорта следует, что 11 августа 2020 года в ОВД поступило сообщение о том, что в 23:06 11 августа 2020 года сотруднику ОМОН Конону П.В. были нанесены физические повреждения, чем воспрепятствовали законным требованиям сотрудника милиции, после чего лица пытались скрыться от сотрудников на автомобиле «Шкода Рапид», 01 32 ММ-4,

Таким образом, согласно данному рапорту сообщение было получено ОВД еще 11 августа 2020 года.

Однако, такого сообщения 11 августа 2020 года зарегистрировано в установленном законодательством порядке в ОДС ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно не было, что подтвердилось путем обозрения единой книги ОДС ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно за 11 августа 2020 года.

Показаниям допрошенного в суде в качестве свидетеля Имбриса А.И. о том, запись о совершенном ДТП в отношении Конона П.В. им вначале была внесена в рабочую тетрадь оперативного дежурного на основании поступившего сообщения, однако сведений об источнике сообщения он сообщить не смог, что послужило основанием для реагирования оперативно-следственной группе, после чего им был в 04:30 12 августа 2020 года зарегистрирован материал проверки, который включал в себя заявление (рапорт) пострадавшего, объяснения лиц, протокол осмотра места происшествия, в АС «ОДС» (единой книге), который принес либо следователь, либо оперативный работник.

При этом, как показал свидетель, законодательством не определен срок регистрации такого сообщения в АС «ОДС» (единой книге).

Вместе с тем, согласно ч. 3 п. 38 Инструкции о порядке приема, регистрации и учета органами внутренних дел заявлений и сообщений о преступлениях, административных правонарушениях и информации о происшествиях, утвержденной постановлением МВД Республики Беларусь от 08.01.2019 N 5 (далее по тексту — Инструкция № 5) передача не зарегистрированного в АС «ОДС» (единой книге) заявления, сообщения о преступлении, административном правонарушении, информации о происшествии исполнителю, равно другим сотрудникам для рассмотрения и иных целей не допускается.

Таким образом, данным положением инструкции установлен прямой запрет на передачу не зарегистрированного в АС «ОДС» (единой книге) сообщения о преступлении исполнителю для рассмотрения и иных целей.

При этом действующее законодательство не предусматривает возможности регистрации заявлений, сообщений о преступлении, административном правонарушении, информации о происшествии в каких-либо тетрадях оперативного дежурного и передачу таковых кому-либо без регистрации в АС «ОДС» (единой книге).

Существовавшее ранее в ч. 2 п. 23 Инструкции о порядке приема, регистрации, рассмотрения и учета органами внутренних дел заявлений и сообщений о преступлениях, административных правонарушениях и информации о происшествиях», утвержденной постановлением Министерства внутренних дел Республики Беларусь от 10.03.2010 N 55, положение о том, что анонимная информация о происшествии, содержащая сведения об административном правонарушении и требующая выбытия сотрудников органов внутренних дел на место совершения административного правонарушения для выполнения задач, возложенных на органы внутренних дел, учитываются в тетради для записей оперативного дежурного, отменено в связи с принятием Инструкции № 5 (вступила в действие с 04 мая 2019 года).

При этом, ведение такой тетради не запрещено.

Однако, само по себе ведение тетради оперативного дежурного не подменяет установленного Инструкцией № 5 порядка приема, регистрации и учета органами внутренних дел заявлений и сообщений о преступлениях, административных правонарушениях и информации о происшествиях.

Отсутствует материал проверки

Обращаю внимание суда на то, что в материалах уголовного дела отсутствует материал проверки, о котором показал свидетель Имбрис А.И. и на который ссылается в постановлении о возбуждении уголовного дела в качестве повода и основания для возбуждения уголовного дела следователь Станишевский К.И.

Основанием же для регистрации сообщения о происшествии с участием Конона П.В. явился непосредственно рапорт самого Лагутика Р.А. от 12 августа 2020 года, что и следует из выписки АС «ОДС» (т. 1 л.д. 2).

Считаю, что данный рапорт не мог рассматриваться как заявление и сообщение о преступлении и, как следствие, являться основанием для регистрации сообщения о совершенном происшествии по следующим основаниям.

Так, как следует из абз. 3 п. 2 Инструкции № 5 заявление и сообщение о преступлении — письменное заявление физического лица, протокол устного заявления физического лица, письменное заявление о повинной, протокол о явке с повинной, письменное сообщение должностного лица государственного органа, общественного объединения и иной организации, сообщение в средствах массовой информации, в которых содержатся данные, указывающие на признаки преступления, а также рапорт сотрудника или лица из числа гражданского персонала (далее, если не указано иное, — сотрудник) ОВД о непосредственном обнаружении сведений, указывающих на признаки преступления.

Согласно п. 9 Инструкции № 5 при непосредственном обнаружении сведений, указывающих на признаки преступления (в том числе по сообщениям средств массовой информации) или административного правонарушения, относящегося к компетенции ОВД, и отсутствии заявителя либо нежелании пострадавшего, его законного представителя или представителя юридического лица обращаться с заявлением, сообщением (подписывать протокол устного заявления) находящийся при исполнении служебных обязанностей сотрудник ОВД незамедлительно с использованием технических каналов связи, как правило, подключенных к АСЗР, либо по телефону специальной линии «102» информирует об этом для регистрации и реагирования оперативно-дежурную службу ОВД, составляет рапорт с изложением обстоятельств произошедшего, который в кратчайший срок докладывает начальнику ОВД и передает в оперативно-дежурную службу для проставления и заполнения оттиска регистрационного штампа.

Таким образом, рапорт сотрудника ОВД может рассматриваться как заявление и сообщение о преступлении только в определенных Инструкцией № 5 случаях — при отсутствии заявителя либо нежелании пострадавшего, его законного представителя или представителя юридического лица обращаться с заявлением, сообщением (подписывать протокол устного заявления) и с соблюдением установленного порядка — находящийся при исполнении служебных обязанностей сотрудник ОВД незамедлительно с использованием технических каналов связи, как правило, подключенных к АСЗР, либо по телефону специальной линии «102» информирует об этом для регистрации и реагирования оперативно-дежурную службу ОВД, составляет рапорт с изложением обстоятельств произошедшего, который в кратчайший срок докладывает начальнику ОВД и передает в оперативно-дежурную службу для проставления и заполнения оттиска регистрационного штампа.

Из рапорта ОУР ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно Лагутика Р.А. от 12 августа 2020 года не следует, что имелись случаи, при которых он (рапорт) может рассматриваться как заявление и сообщение о преступлении, равно как и не был соблюден порядок предшествующий обращению с таким рапортом — отсутствуют сведения о том, что сотрудник ОВД с использованием технических каналов связи, как правило, подключенных к АСЗР, либо по телефону специальной линии «102» проинформировал оперативно-дежурную службу ОВД о непосредственно обнаруженных сведениях, указывающих на признаки преступления.

В нарушение ст. 23 Закона Республики Беларусь от 17.07.2007 № 263-З «Об органах внутренних дел Республики Беларусь» сотрудниками органов внутренних дел, в частности, потерпевшими по делу Логишем А.Н. и Кононом П.В., а также начальником их группы Костюком В.В. не было сообщено в ближайший орган внутренних дел о непосредственно ими выявленных событиях, угрожающих личной или общественной безопасности, о чем свидетельствуют отсутствие соответствующих их обращений (рапортов) в материалах уголовного дела.

Материалы дела, в частности, рапорт ОУР ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно Лагутика Р.А. от 12 августа 2020 года (т. 1 л.д. 3) не содержат информации о том, от кого 11 августа 2020 года поступило сообщение о том, что в 23 часа 06 минут сотруднику ОМОН Конону П.В. были нанесены физические повреждения, чем воспрепятствовали законным требованиям сотрудника милиции, после чего лица пытались скрыться от сотрудников на автомобиле «Шкода Рапид», 01 32 ММ-4.

Данное обстоятельство отражено и в выписке из АС «ОДС» — «Информация о заявителе — Не представился».

Таким образом, сотрудники милиции, потерпевшие по настоящему уголовному делу Логиш А.Н. и Конон П.В. не выполнили возложенную на них ст. 23 Закона Республики Беларусь от 17.07.2007 № 263-З «Об органах внутренних дел Республики Беларусь» обязанность сообщить о совершенных в отношении них противоправных действий в ближайший орган внутренних дел, в связи с чем законных оснований для регистрации информации о происшествии на основании данного рапорта не имелось.

Кроме того, содержание рапорта и сведения из информации о происшествии, зарегистрированной в АС «ОДС», существенно отличаются.

Так, в информации о происшествии, зарегистрированной в АС «ОДС», указано, что водитель автомобиля «Шкода Рапид», 01 32 ММ-4, нанес телесные повреждения сотруднику ОМОН Конону П.В. при попытке скрыться, тогда как в рапорте Лагутика Р.А. отсутствует указание на то, что вред Конону П.В. был причинен водителем — сотруднику ОМОН Конону П.В. были нанесены физические повреждения, чем воспрепятствовали законным требованиям сотрудника милиции, после чего лица пытались скрыться от сотрудников на автомобиле «Шкода Рапид», 01 32 ММ-4.

Свидетель Имбрис А.И., осуществлявший регистрацию рапорта Лагутика Р.А., не смог объяснить, почему в зарегистрированной им информации по сообщению в АС «ОДС» фабула отличается от содержания рапорта.

И если действительно такое сообщение сотруднику ОУР ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно Лагутику Р.А. поступило еще 11 августа 2020 года, почему до 04:30:07 12 августа 2020 года Лагутик Р.А. не обратился с соответствующим рапортом в ОДС ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно, а до этого с использованием технических каналов связи, как правило, подключенных к АСЗР, либо по телефону специальной линии «102» не проинформировал оперативно-дежурную службу ОВД о непосредственно обнаруженных сведениях, указывающих на признаки преступления.

На каком основании сам Лагутик Р.А. принял участие в следственных действиях, в частности, в производстве выемки записей с камер видеонаблюдения с 01:51 до 01:58 12 августа 2020 года (протокол выемки т. 1 л.д. 19−20), при том, что в соответствии ч. 3 п. 38 Инструкции № 5 не допускается передача не зарегистрированного в АС «ОДС» (единой книге) сообщения о преступлении исполнителю для рассмотрения и иных целей.

Отсутствие в материалах уголовного дела материала проверки, зарегистрированного в ЕК ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно № 17 948 от 11 августа 2020 года, наряду с вышеуказанными нарушениями регистрационно-учетной дисциплины, свидетельствуют об отсутствии повода и оснований для возбуждения уголовного дела на момент принятия такового следователем Станишевским К.И.

Так, допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Станишевский К.И. не смог указать, где им был напечатано постановление о возбуждении уголовного дела и принятии к своему производству, но подтвердил факт того, что данное постановление им было вынесено 12 августа 2020 года в 00 часов 10 минут.

При этом, данный свидетель не смог объяснить причины, почему в качестве повода для возбуждения уголовного дела в данном постановлении им указан материал проверки, зарегистрированный под № 17 948 от 11 августа 2020 года.

Таким образом, на момент вынесения постановления - 12 августа 2020 года в 00:10 сведений о номере 17 948, под которым спустя 4 часа 20 минут (04:30:07 12 августа 2020 года) была зарегистрирована информация по сообщению в АС «ОДС» (единой книге) не могла быть известна Станишевскому К.И. и сведения об этом номере могли стать известны ему только после регистрации такой в АС «ОДС» (единой книге).

Подделка и фальсификация

Таким образом, постановление о возбуждении уголовного дела и принятии к своему производству с указанием в качестве повода для его возбуждения — материал проверки с № 17 948, могло быть вынесено Станишевским К.И. только после 04:30:07 12 августа 2020 года, что свидетельствует о том, что находящееся в материалах уголовного дела в первом томе на 1-ом листе дела постановление является ничем иным как подделкой, фальсификацией.

В соответствии с ч. 2 ст. 395 УК Республики Беларусь за фальсификацию доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, следователем, прокурором, судьей или защитником предусмотрена уголовная ответственность.

Несмотря на приведенные защитником в ходатайстве по окончании предварительного расследования грубые нарушения законодательства, следователем был сделан вывод о наличии надлежащего повода и основания к возбуждению дела.

В жалобе прокурору на постановление следователя об отказе в удовлетворении ходатайства о прекращении производства по делу защитником были приведены доводы о незаконности возбуждения уголовного дела, однако прокурором в нарушение требований ст. 179 УПК Республики Беларусь таковым не была дана оценка и жалоба не была рассмотрена по существу.

Вместе с тем, в соответствии с п. 1 данной статьи, осуществляя надзор за законностью возбуждения уголовного дела, прокурор вправе проверить исполнение органом уголовного преследования требований закона о приеме, регистрации и рассмотрении заявлений и сообщений о преступлении и в случае установления нарушения законности возбуждения уголовного дела обязан был в соответствии с п. 9 этой же статьи (179 УПК) отменить постановление следователя о возбуждении уголовного дела и прекратить производство по уголовному делу, так как по нему были произведены следственные действия.

В судебных прениях мой защитник, адвокат Ярошевич Сергей Георгиевич, подробно проанализировал соблюдение законности при возбуждении настоящего уголовного дела и это не случайно.

Защита полагала, что государственный обвинитель воспользуется своим правом и откажется от обвинения, что позволит суду прекратить производство по уголовному делу в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 29 УПК Республики Беларусь, однако государственный обвинитель не разделил позицию стороны защиты о незаконности возбуждения уголовного дела, указав о соблюдении законности при возбуждении уголовного дела.

При таких обстоятельствах суду надлежит дать оценку приведенным стороной защиты доводам незаконности возбуждения уголовного дела.

Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда от 28 сентября 2001 г. N 9 «О приговоре суда» (далее по тексту — постановление Пленума № 9) в приговоре суд дает оценку доказательствам с учетом требований ст. 105 УПК об их относимости, допустимости и достоверности, а всем собранным доказательствам в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела. Принятие одних и признание недостоверными других доказательств должно быть мотивировано судом. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют в соответствии со ст. 27 Конституции Республики Беларусь и ч. 3 ст. 8, ч. 5 ст. 105 УПК юридической силы.

Незаконность возбуждения уголовного дела влечет недопустимость доказательств, имеющихся в материалах уголовного дела, поскольку они (доказательства) получены органом, ведущим уголовный процесс в нарушение установленного Законом порядка.

Так, в соответствии с п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 28.09.2006 N 8 «О практике постановления судами оправдательных приговоров» (далее по тексту — постановление Пленума № 8) лицо подлежит оправданию за недоказанностью его участия в совершении преступления (п. 3 ч. 1 ст. 357 УПК), если в ходе судебного разбирательства событие преступления и его последствия установлены, но представленными суду доказательствами не подтверждаются или исключается его совершение обвиняемым. Оправдание по данному основанию может иметь место, в частности, когда: в результате судебного разбирательства не устранены сомнения в обоснованности предъявленного обвинения, которые в силу ч. 3 ст. 16 УПК толкуются в пользу обвиняемого; по делу имеются доказательства о возможном совершении преступления другим лицом; доказательства, представленные стороной обвинения, отвергнуты судом по причине их недопустимости, недостоверности или недостаточности.

Таким образом, выявленный стороной защиты факты незаконного возбуждения уголовного дела должен служить суду основанием для оправдания меня, Лапы А.В., в связи с недоказанностью моего участия в совершении преступления.

Потерпевший

Даже если согласиться с тем, что уголовное дело было возбуждено законно, имеются иные основания для моего оправдания.

Фактически я являюсь потерпевшим. Незаконными действиями сотрудников мне причинен вред: физический, имущественный и моральный.

Справедливости ради еще в ходе следствия должна была быть произведена рокировка потерпевших и обвиняемого по данному делу.

Насилие в отношении сотрудников, нападавших на меня, существует на бумаге. Настоящее же насилие испытал я. Мне не нужно выдумывать формулировки — в условиях высокоразвитых технологий зафиксированы и момент нападения, и реальные телесные повреждения, когда жуткие фотографии моего лица — были в новостях ведущих интернет порталов. Семья, друзья и посторонние люди, узнавшие обо мне из новостей, при встрече говорили что испытывали боль глядя на фото, и не представляют как я пережил эти физические испытания.

Думаю, что такое настоящая боль не представляют и потерпевшие по настоящему делу.

Уже во время рассмотрения настоящего дела я перенес очередную операцию, потому что титановые имплантаты не прижились в челюсти и хирурги вынуждены были их удалить.

Признание потерпевшими сотрудников милиции — является активной формой защиты, возбуждения страха и подавления сопротивления, что должно было пресечь инициирование мной обращений по факту избиения меня конкретными сотрудниками правоохранительных органов. В противном случае нападавшие на меня «потерпевшие» должны быть привлечены к ответственности как превысившие служебные полномочия, в соответствии со степенью причиненных телесных повреждений, что может лишить их работы и в целом плохо влиять на репутацию правоохранительных органов.

Статья 364 УК Республики Беларусь предусматривает ответственность за насилие либо угрозу применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел или его близких в целях воспрепятствования его законной деятельности или принуждения к изменению характера этой деятельности либо из мести за выполнение служебной деятельности.

Мне вменено насилие в отношении сотрудника органов внутренних дел, совершенное: с целью воспрепятствования его законной деятельности, с целью принуждения к изменению характера этой деятельности. Субъективная сторона данного преступления характеризуется только прямым умыслом. Обязательными элементами субъективной стороны являются либо специальная цель в виде воспрепятствования законной деятельности или принуждения к изменению характера этой деятельности.

В предъявленном мне, Лапа А.В., обвинении указано на то, что я действовал с целью воспрепятствования законной деятельности сотрудников органов внутренних дел, принуждения к изменению характера этой деятельности, однако в чем выражалась законная деятельность таких сотрудников милиции не указано.

Более того, считаю деятельность сотрудников милиции, в частности, потерпевших по настоящему уголовному делу Логиша А.Н. и Конона П.В., не соответствующей законодательству.

В постановлении о возбуждении уголовного дела и принятии к своему производству указано на то, что целью остановки автомобиля «Шкода Рапид», регистрационный знак 0132 ММ-4, явилась необходимость задержания находящихся в нем лиц, совершивших административное правонарушение, предусмотренное ст. 23.34 КоАП Республики Беларусь.

Таким образом, первоначальная позиция органа уголовного преследования заключалась в том, что сотрудники ОМОН пытались остановить автомобиль «Шкода Рапид», регистрационный знак 0132 ММ-4, с целью задержать находящихся в нем лиц, совершивших административное правонарушение, предусмотренное ст. 23.34 КоАП Республики Беларусь.

Ни я, ни кто-либо из пассажиров автомобиля «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, не принимал участия в несанкционированных массовых мероприятиях, что и было установлено в ходе как предварительного следствия, в связи с чем в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не нашло своего отражения то, что целью остановки автомобиля «Шкода Рапид», регистрационный знак 0132 ММ-4, явилась необходимость задержания находящихся в нем лиц, совершивших административное правонарушение, предусмотренное ст. 23.34 КоАП Республики Беларусь.

Законно остановили автомобиль

В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого указано, что я, Лапа А.В., не подчинился законным требованиям милиционеров ОР ОМОН УВД Гродненского облисполкома Логиша А.Н. и Конона П.В. об остановке транспортного средства.

Являлись ли требования милиционеров ОР ОМОН УВД Гродненского облисполкома Логиша А.Н. и Конона П.В. об остановке транспортного средства законными?

Чтобы дать ответ на этот вопрос необходимо вначале получить ответ являлась ли законной деятельность сотрудников милиции, предшествующая предъявлению требования об остановке автомобиля, а именно имелись ли основания для того, чтобы подходить к данному автомобилю, требовать от лиц, в нем находящихся, выйти из него, проверять документы, удостоверяющие личность, производить их задержание?

Ответ на этот вопрос можно дать только через анализ законодательства, регламентирующего права сотрудников милиции.

Приведенная в обвинении ч. 2 ст. 23 Закона Республики Беларусь от 17.07.2007 № 263-З «Об органах внутренних дел Республики Беларусь» (далее по тексту — Закон № 263-З) обязывает сотрудника ОВД в случае обращения к нему должностных лиц и других граждан с заявлением или сообщением о событиях, угрожающих личной или общественной безопасности, либо в случае непосредственного выявления таковых принять возможные меры по пресечению преступления, административного правонарушения, спасению граждан, оказанию нуждающимся необходимой помощи, установлению и задержанию лиц, совершивших преступление, административное правонарушение, выявлению очевидцев преступления, административного правонарушения, охране места происшествия; сообщить об этом в ближайший орган внутренних дел.

Таким образом, анализ положений данной статьи позволяет сделать вывод о том, что не могут быть задержаны граждане, не совершавшие преступление, административное правонарушение.

Анализ других норм данного закона, а также норм УПК и ПИКоАП Республики Беларусь данный вывод подкрепляет.

Так, согласно ч. 2 ст. 24 Закон № 263-З органам внутренних дел в соответствии с законом предоставляется право задерживать и содержать в местах содержания под стражей, помещать в иные предназначенные для содержания лиц помещения подразделений органов внутренних дел: подозреваемых (обвиняемых); лиц, в отношении которых ведется административный процесс, лиц, подвергнутых административному аресту.

В соответствии с ч. 1 ст. 8.2 ПИКоАП Республики Беларусь административное задержание физического лица состоит в фактическом кратковременном ограничении свободы физического лица, в отношении которого ведется административный процесс, за совершение им административного правонарушения, в доставлении его в место, определенное органом, ведущим административный процесс, и содержании в данном месте.

Т.е., административное задержание возможно только в случае, если административный процесс уже начат.

В соответствии со ст. 9.5. ПИКоАП Республики Беларусь при наличии поводов и оснований для начала административного процесса административный процесс считается начатым с момента:

составления протокола об административном правонарушении;

составления протокола о процессуальном действии;

вынесения постановления о мерах обеспечения административного процесса;

вынесения постановления о наложении административного взыскания в случаях, когда в соответствии с частями 2 — 3−1 статьи 10.3 настоящего Кодекса протокол об административном правонарушении не составляется;

административного задержания физического лица.

Как следует из данного определения началу административного процесса предшествует необходимость наличия, предусмотренных законом поводов и оснований.

В соответствии с ч. 1 ст. 9.1 ПиКоАП Республики Беларусь поводами к началу административного процесса являются:

1) заявление физического лица;

2) сообщение должностного лица государственного органа, общественного объединения, иной организации;

3) непосредственное обнаружение признаков административного правонарушения судом, органом, ведущим административный процесс, а основаниями в соответствии с ч. 2 ст. 9.1 ПиКоАП Республики Беларусь для начала административного процесса являются достаточные данные, указывающие на признаки административного правонарушения, предусмотренного статьей Особенной части Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях, если при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие административный процесс.

В силу части первой статьи 108 УПК Республики Беларусь лицо, подозреваемое в совершении преступления, может быть задержано, если:

1) если лицо застигнуто при совершении предусмотренного уголовным законом общественно опасного деяния или непосредственно после его совершения;

2) если очевидцы происшествия, в том числе и лицо, пострадавшее от преступления, прямо укажут на данное лицо как на совершившее предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние или захватят его в порядке, предусмотренном статьей 109 настоящего Кодекса;

3) если на этом лице, при нем, на его одежде или других используемых им вещах, в его жилище, иных используемых им помещениях, на рабочем месте или транспортном средстве обнаружены явные следы, указывающие на его причастность к совершению предусмотренного уголовным законом общественно опасного деяния;

4) если имеются другие достаточные основания подозревать в совершении преступления лицо при условии, что оно пыталось скрыться с места преступления или от органа уголовного преследования, или не имеет постоянного места жительства, или проживает в другой местности, или не установлена его личность.

Допрошенный в судебном заседании в качестве потерпевшего Логиш А.Н. показал, что было принято решение проверить данный автомобиль на предмет причастия их (находившихся в нем граждан) в несанкционированных митингах.

На произведенное уточнение представителя государственного обвинителя: «С юридической точки зрения это называется «задержать», потерпевший Логиш А.Н. утвердительно показал «Да, задержать».

В ходе судебного следствия не добыто доказательств совершения мной или кем-либо из лиц противоправных действий (преступления или административного правонарушения), за что сотрудники милиции были вправе были принять меры к нашему задержанию.

Таким образом, у сотрудников милиции отсутствовали поводы и основания для начала административного процесса, а также отсутствовали основания для задержания нас в силу ч. 1 ст. 108 УПК Республики Беларусь, в связи с чем их действия, направленные на наше задержание, не соответствовали закону.

Это стало очевидно в ходе рассмотрения дела и государственному обвинителю, хотя при допросе Логиша А.Н. сам государственный обвинитель выяснял у Логиша А.Н. обстоятельства, называя действия сотрудников милиции в отношении меня и пассажиров моей автомашины их «задержанием».

В последующем при допросе свидетеля Костюка В.В. государственный обвинитель выяснял у последнего имели ли право его подчиненные производить задержание лиц без его на это команды, на что он пояснял, что не имели и он такой команды не давал, поскольку целью было проверить лиц на предмет их причастности к участию в несанкционированных митингах путем беседы с данными гражданами и проверки их документов.

Возможно, сотрудники милиции имели право в рамках проводимой ими проверки по установлению лиц, причастных к участию в несанкционированных массовых мероприятиях, проверить документы у лиц, находящихся в автомобиле «Skoda Rapid».

Так, в ходе судебного следствия, допрошенный в качестве потерпевшего Конон П.В. показал, что он совместно со своими коллегами подходили к припаркованному автомобилю «Skoda Rapid» с целью проверить граждан на предмет их участия в несанкционированном массовом мероприятии, а именно — с целью проверки документов. Поводом для этого послужило то, что пассажир на переднем сидении размахивал бело-красно-белым флагом, о чем сообщил кто-то из коллег, после чего он увидел наклейку бело-красно-белого флага на стекле задней двери автомобиля, что вызвало подозрение о причастности данных граждан в участии в несанкционированном массовом мероприятии.

Показания о том, что целью подхода сотрудников милиции к моему автомобилю явилось их желание проверить лиц, находившихся в нем, на предмет их причастности к участию в несанкционированном массовом мероприятии, дали допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей сотрудники милиции Костюк В.В., Барабан А.П., Кариков Н.А., указав на их желание «побеседовать» с лицами, находившимися в автомобиле.

В соответствии с абз. 3 ч. 1 ст. 25 Закона № 263-З сотрудники органов внутренних дел в целях выполнения задач, возложенных на органы внутренних дел, в пределах своей компетенции имеют право проверять у граждан при подозрении в совершении ими преступлений, административных правонарушений документы, удостоверяющие их личность, а также документы, необходимые для проверки соблюдения ими правил, надзор и контроль за выполнением которых возложены на органы внутренних дел.

Как следует из данной статьи, является исчерпывающим перечень случаев, когда сотрудники органов внутренних дел в целях выполнения задач, возложенных на органы внутренних дел, в пределах своей компетенции имеют право проверять у граждан, документы, удостоверяющие их личность, а также документы, необходимые для проверки соблюдения ими правил, надзор и контроль за выполнением которых возложены на органы внутренних дел.

Таким образом, учитывая, что оснований подозревать граждан, находящихся в автомобиле в совершении ими преступлений, административных правонарушений, не было, в связи с чем у сотрудников милиции отсутствовало право проверять у них документы, удостоверяющие их личность.

Желание же сотрудников милиции «побеседовать» с лицами, находившимися в автомобиле, вообще не основано на законе, и лица, не совершавшие каких-либо противоправных действий вправе не общаться с сотрудниками милиции, не выполнять их требования выходить из автомобиля.

Указываемый потерпевшими и свидетелями — сотрудниками милиции повод для проверки лиц, находившихся в автомобиле, на предмет их причастности к участию в несанкционированном массовом мероприятии — наличие бело-красно-белого флага у переднего пассажира, а также наклейки в виде бело-красно-белого флага на стекле задней двери автомобиля, даже в случае их наличия, не мог служить законным основанием для проверки документов, а также задержания лиц, поскольку сами по себе данные обстоятельства (флаг и наклейка) не свидетельствуют о причастности лиц к участию в несанкционированном массовом мероприятии.

Прежде всего, к показаниям сотрудников милиции о наличии бело-красно-белого флага у переднего пассажира, а также наклейки в виде бело-красно-белого флага на стекле задней двери автомобиля, суду следует отнестись критически и считать их не соответствующими действительности.

В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 17 сентября 1993 г. N 7 «О судебной практике по делам о посягательстве на жизнь, здоровье и достоинство работников милиции, народных дружинников, военнослужащих или иных лиц в связи с выполнением ими служебных обязанностей или общественного долга по охране общественного порядка» (далее по тексту — Постановление Пленума № 7) внимание судов обращено на недопустимость предвзятого отношения к показаниям работников милиции, народных дружинников или военнослужащих по делам этой категории и их неоправданной переоценки. Показания этих лиц должны оцениваться судом наравне и в совокупности со всеми иными доказательствами по делу, полученными в установленном законом порядке.

Потерпевший давал заведомо ложные показания

Так, никто из сотрудников милиции, допрошенных непосредственно после случившегося (ночью 12 августа 2020 года) - потерпевший Конон П.В., свидетели Логиш А.Н. и Рахунок Д.А. не указывали на наличие бело-красно-белого флага у переднего пассажира, а также наклейки в виде бело-красно-белого флага на стекле задней двери автомобиля.

Более того, данные лица указывали на то, что именно данные граждане принимали участие в несанкционированном массовом мероприятии.

Так, из оглашенных в судебном заседании показаний потерпевшего Конона П.В. от 12 августа 2020 года (т. 1 л.д. 78−81) следует, что «…возле магазина «Алми» находились люди, которые что-то кричали, хлопали, однако никто ничего оппозиционного не кричал, оппозиционной символики я не видел, музыку, вызывающую оппозиционные настроения никто не включал. Таким образом, когда мы с коллегами вышли из служебного транспорта, то увидев нас, люди разбежались.». И далее потерпевший показал «наше внимание автомобиль привлек еще и тем, что лица в машине были из лиц из числа тех, кто стоял и хлопал в толпе».

В судебном заседании потерпевший Конон П.В. не смог утвердительно ответить на вопрос принимали ли лица, находящиеся в автомобиле «Шкода Рапид» участие в несанкционированном мероприятии и были ли ли данные лица среди тех, кто стоял и хлопал в толпе. Объяснить почему он дал такие первоначальные показания он не смог.

Кроме того, Логиш А.Н. в своих первоначальных показаниях указывал на то, что «обнаружили 4-х мужчин, стоящих в шеренге и держащихся за руки. Мужчины выкрикивали различные оскорбительные лозунги в адрес сотрудников МВД. Мы побежали в сторону вышеуказанных неизвестных, после чего они начали убегать, после чего сели в автомобиль такси «Шкода Рапид». «Хочу отметить, что по приезду на стоянку автотранспорта по ул. Советских пограничников, 116 при оценке неизвестных я заметил у последних ссадины, кровоподтеки в области лица».

В судебном заседании Логиш А.Н. отказался от своих первоначальных показаний и не смог объяснить, почему он давал такие показания.

Обращаю Ваше внимание, Высокий суд, на то обстоятельство, что и в суде потерпевший Логиш А.Н. давал заведомо ложные показания.

Так, данный потерпевший указывал на то, что у него при себе не было специального средства — ПР-73, а на просмотренной видеозаписи в судебном заседании отчетливо видно факт нахождения у него в руках данного специального средства, которым он наносит удары по передней части моего автомобиля (если только это был Логиш А.Н. впереди транспортного средства).

Также и свидетель Рахунок Д.А. в своих первоначальных показаниях указал на то, что «мы обнаружили нескольких неизвестных 3−4 человека, точное количество я не помню, которые стояли в шеренге и держались за руки, при этом показывая оскорбительные жесты в наш адрес, а именно средние пальцы рук. Как были одеты неизвестные я не помню, однако могу сказать, что у некоторых их них имелись кровоподтеки и ссадины в области лица. Мы направились в сторону неизвестных, после чего последние повернулись и начали убегать в сторону гипермаркета «Алми»… после чего сели в автомобиль марки «Шкода Рапид». … Конон П.В. подбежал к двери водителя, в которой было опущено стекло и просунул туда руку, какую именно я не помню, с целью открытия двери. В тот момент когда Конон П.В. подбежал к двери водителя, в которой было опущено стекло в двери водителя, автомобиль начал движение и Конона П.В. протянуло по земле, после чего он вынул руку из двери и упал на асфальт, а вышеуказанный автомобиль направился в сторону перекрестка улиц Поповича и Советских пограничников. Далее мы передали отличительные признаки вышеуказанного автомобиля по радиостанции с целью перехвата, а сами начали осуществлять преследование на служебном автомобиле марки «Форд». Подъезжая к ул. Поповича, мы увидели, что на проезжей части образовался затор, автомобиль неизвестных «Шкода Рапид» двигается по встречной полосе движения, а за ним направляется экипаж ГАИ. На подъезде к дорожному кольцу по ул. Декабристов, вблизи дома № 6 проезд для машины неизвестных заблокировали сотрудники ОМОН и ГАИ, путем выставления на проезжей части специальной техники. …

В судебном заседании Рахунок Д.А. указал на то, что он видел, что в автомобиль такси «Шкода Рапид» садились именно те люди, которые ранее находились среди лиц, участвовавших в незаконных массовых мероприятиях. При этом он видел, как данные люди бежали и сразу же сели в этот автомобиль. Каких-либо примет данных граждан он не запомнил.

При этом данный свидетель не смог объяснить, почему ранее в ходе следствия он указывал на лиц, которые сели в автомобиль такси «Шкода Рапид» то, что они показывали оскорбительные жесты в адрес сотрудников милиции, а именно средние пальцы рук и то, что у некоторых их них имелись кровоподтеки и ссадины в области лица. Также данный свидетель не смог объяснить, почему в своих первоначальных показаниях, непосредственно после случившегося, он не указывал на наличие бело-красно-белого флага у переднего пассажира, а также наклейки в виде бело-красно-белого флага на стекле задней двери автомобиля.

Вместе с тем, допрошенный в качестве свидетеля Сонец А.С. показал, что 11 августа 2020 года сразу после 23 часов, находясь по месту своего жительства, он услышал автомобильные сигналы с улицы. Выглянув в окно, при помощи мобильного телефона стал снимать видео, при этом он увидел, как едет старый «бус» и предположил, что сигналят именно ему. Это видео он снимал на протяжении примерно минуты. После чего отошел от окна. Примерно через одну-две минуты, он вновь подошел к окну и увидел, как в сторону его дома движется военный автомобиль и он решил это заснять, включив видео на мобильном телефоне.

Из просмотренной в судебном заседании первой произведенной им видеозаписи видно, что на парковке возле дома стоит автомобиль и в свете фар встречных авто видно как возле автомобиля ходят как минимум два человека.

На данной видеозаписи Лозовик И.Р. опознал себя, как мужчину в кепке, находящимся возле переднего правого крыла автомобиля «Шкода Рапид».

Данное видео подтверждает достоверность моих показаний, а также показаний Лозовика И.Р., Антонюка П.А. и Федюка А.Р. в той части, что они никуда от автомобиля не отлучались, покурили и сели обратно в автомобиль и опровергает показания свидетеля Рахунка Д.А. о том, что он видел, как данные лица участвовали в несанкционированном массовом мероприятии возле кинотеатра «Октябрь», убегали, увидев сотрудников милиции и сразу же сели в данный автомобиль.

Кроме того, 12 февраля 2021 года в судебном заседании были просмотрены видеозаписи с камер наружного наблюдения, установленных на здании «Алми», расположенного по ул. Советских пограничников, 110а.

Сопоставление видеозаписей, предоставленных Сонецом А.С. и видеозаписей с камер наружного наблюдения, установленных на здании «Алми», подтверждает показания Сонеца А.С. о том, что производить вторую запись он начал производить примерно через 1−2 минуты после съемки первой. Так, зафиксированное на первом видео движение микроавтобуса с полосой, зафиксировано и камерами наружного наблюдения, установленных на здании «Алми», расположенного по ул. Советских пограничников, 110а (видеофайл …430 mp.4. Время: 22:59:28), (видеофайл …437 mp.4 время: 22:59:37), после чего наблюдается движение спецтранспорт сотрудников ОМОН (видеофайл …430 mp.4. Время: 23:00:13), (видеофайл …437 mp.4 время: 22:59:56 (бус) и 23:00:00 (военный автомобиль).

Исследование видеозаписи с камер наружного наблюдения, установленных на здании «Алми», расположенного по ул. Советских пограничников, 110а, позволяет установить факт того, что среди граждан, двигающихся вдоль магазина в сторону, где была припаркована автомашина «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, мы отсутствовали (я — Лапа А.В., Лозовик И.Р., Федюк А.Р. и Антонюк П.А.), что ставит под сомнение достоверность показания свидетеля Рахунка Д.А. о том, что он видел, что в автомобиль такси «Шкода Рапид» садились именно те люди, которые ранее находились среди лиц, участвовавших в незаконных массовых мероприятиях, убегали и сразу же сели в этот автомобиль.

Отсутствие доказательств

Мои показания, а также показания Лозовика И.Р. и Антонюка П.А., данные нами в судебном заседании последовательны, не противоречивы, согласуются с оглашенными показаниями неявившегося в суд свидетеля Федюка А.Р. по причине его нахождения за пределами Республики Беларусь, в связи с чем не доверять им нет оснований.

При этом, считаю необходимым обратить внимание суда на то, что в своих первоначальных показаниях от 12 августа 2020 года (т. 1 л.д. 205−210) Федюк А.Р. указывает на то, что целью нашего приезда к магазину «Алми», расположенному на ул. Советских пограничников, являлось желание купить попить, что согласуется с моими показаниями, а также показаниями Лозовика И.Р. и Антонюка П.А., данными ими в судебном заседании о цели нашего прибытия к магазину «Алми» на ул. Советских пограничников.

Кроме того, из протокола осмотра предметов (документов) (т. 2 л.д. 79−81), следует, что в результате детализации звонков, сообщений на мобильный телефон Лозовика И.Р. в 11 августа 2020 года 22:59 он находился в зоне станции по ул. Коммунальная, 32а, что свидетельствует о том, что ни он, ни кто-либо из лиц, находящихся в автомобиле «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, не могли находиться в это время возле кинотеатра «Октябрь» и принимать участие в несанкционированных массовых мероприятиях.

Перед допросами данные лица (Конон П.В., Логиш А.Н. и Рахунок Д.А.) были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложный показаний.

Так, за заведомо ложное показание свидетеля или потерпевшего при производстве предварительного следствия, соединенные с искусственным созданием доказательств обвинения, предусмотрена ч. 2 ст. 401 УК Республики Беларусь.

Показаниям данных лиц (Конон П.В., Логиш А.Н. и Рахунок Д.А.) в ходе предварительного следствия, а также в суде должна быть дать оценка судом, а прокурором приняты меры соответствующего прокурорского реагирования в соответствии с ч. 4 ст. 27 Закона Республики Беларусь от 08.05.2007 N 220-З «О прокуратуре Республики Беларусь» (далее по тексту — Закон о прокуратуре). Так, при установлении нарушений законодательства в зависимости от их характера прокурор в пределах своей компетенции вправе вынести постановления о возбуждении уголовного дела.

Кроме того, обращаю Ваше внимание, Высокий суд, на отсутствие доказательств с бесспорностью свидетельствующих о наличии бело-красно-белого флага у переднего пассажира, а также наклейки в виде бело-красно-белого флага на стекле задней двери автомобиля.

Так, из показаний же свидетеля Барабана А.П. следует, что он видел бело-красно-белого флаг на передней панели автомобиля, что свидетельствует о наличии противоречий с показаниями иных сотрудников милиции.

Мои показания и показания свидетелей с моей стороны в этой части последовательны и непротиворечивы.

Так, Лозовик И.Р. — пассажир на переднем сидении отрицает факт того, что у него в руках был флаг, равно как и все остальные граждане, находящиеся в автомобиле, подтверждают его отсутствие в руках у Лозовика И.Р.

Никто из граждан, находящихся в автомобиле, не видел наклейки в виде бело-красно-белого флага на стекле задней двери автомобиля.

Также наличие данной наклейки не установлено ни в ходе осмотра места происшествия, ни в ходе осмотра автомобиля.

Кроме того, само по себе наличие бело-красно-белого флага у переднего пассажира, а также наклейки в виде бело-красно-белого флага на стекле задней двери автомобиля, не могло служить основанием для предъявления к гражданам, находящимся в автомобиле, требования о предъявлении документов, удостоверяющих личность, поскольку их наличие не свидетельствовало о совершении ими какого-либо противоправного действия.

Таким образом, не являлась законной деятельность сотрудников милиции, предшествующая предъявлению требования об остановке автомобиля, а именно требование выйти из машины с целью проверки документов, удостоверяющих личность, «побеседовать», а также производить наше задержание.

При этом действия сотрудников органов внутренних дел, выразившиеся в попытке блокировать движение автомобиля «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, под моим управлением являлись незаконными, вследствие чего воспрепятствование такой деятельности или принуждения к изменению характера такой деятельности, не может подпадать под признаки преступления, предусмотренного ст. 364 УК Республики Беларусь.

Как установлено в судебном заседании иных оснований для остановки транспортного средства под моим управлением не было, в связи с чем я не согласен с предъявленным мне обвинением в том, что я не подчинился законным требованиям милиционеров ОР ОМОН УВД Гродненского облисполкома Логиша А.Н. и Конона П.В. об остановке транспортного средства.

Особо обращаю внимание суда на то, что требование об остановке автомобиля в установленном порядке мне не предъявлялось.

В соответствии с п.п. 9.1. п. 9 Правил дорожного движения, утвержденных Указом Президента Республики Беларусь от 28.11.2005 N 551 (ред. от 30.12.2019) «О мерах по повышению безопасности дорожного движения» (далее по тексту — ПДД) водитель обязан останавливаться по требованию сотрудника ГАИ в форменной одежде, а также должностных лиц, указанных в части третьей настоящего подпункта, в частности, должностные лица органов внутренних дел (кроме сотрудников ГАИ), имеют право остановки транспортных средств только для осуществления возложенных на указанные органы функций. При этом они должны быть в форменной одежде, жилете повышенной видимости с элементами из световозвращающего материала и использовать для подачи сигнала диск с красным сигналом (световозвращателем).

Установлено, что должностные лица органов внутренних дел, подбежавшие к моему автомобилю, не имели жилетов повышенной видимости с элементами из световозвращающего материала и не использовали для подачи сигнала диск с красным сигналом (световозвращателем), в связи с чем требование об остановке транспортного средства, даже сотрудником милиции в форменной одежде, не является законным, что не возлагает на водителя обязанность остановиться.

Нахождение таких граждан (сотрудников органов внутренних дел на проезжей части) следует расценивать их как пешеходов — в соответствии с п.п. 2.46 в п. 2 ПДД — физическое лицо, участвующее в дорожном движении вне транспортного средства, в том числе передвигающееся в инвалидной коляске, на роликовых коньках, лыжах, на другом спортивном инвентаре, ведущее велосипед, мопед или мотоцикл, везущее санки или коляску, и не выполняющее в установленном порядке на дороге ремонтные и другие работы, на которых возлагаются определенные обязанности.

Люди в черном

В соответствии с п.п. 18.2 п. 18 ПДД пешеходу запрещается задерживаться и останавливаться на проезжей части дороги, в связи с чем действия Логиша А.Н., находящегося перед автомобилем и пытающегося заблокировать его движение являлись незаконными.

Я же, испугавшись противоправных действий третьих лиц, в целях собственной безопасности попытался поскорее уехать от места нападения на свое транспортное средство. При этом какого-либо нарушения в моих действиях нет, поскольку своими действиями я не причинил никому вреда.

Таким образом, даже если исходить из того, что я знал о том, что подошедшие к моей автомашине люди являются сотрудниками правоохранительных органов, ни у меня, ни у кого-либо из пассажиров не возникла обязанность выйти из автомобиля, предъявлять для проверки документы и отвечать на вопросы сотрудников милиции.

Вместе с тем, то, что окружившие принадлежащую мне автомашину и начавшие наносить удары по ней лица в черной одежде, являются сотрудниками органов внутренних дел, я не знал, о чем последовательно в ходе всего предварительного и судебного следствия указывал.

Обращаю ваше внимание, Высокий суд, на то обстоятельство, что события имели место в темное время суток на плохо освещенном участке.

Подтверждением данного обстоятельства является видеозапись событий, а также показания самих потерпевших Конона П.В.: «Не совсем освещен, темновато было», Логиша А.Н.: «Участок местности был не очень хорошо освещен». Более того на вопрос прокурора: «Водитель видел Вас?», потерпевший Логиш А.Н. показал: «Не могу сказать, потому что было достаточно темно, освещение было не очень. Поэтому я не могу сказать видел ли меня водитель или нет». Также на вопрос прокурора: «Он (водитель) смотрел в Вашу сторону?», потерпевший Логиш А.Н. показал: «Тоже не могу сказать». В ходе последующего допроса, на вопросы председательствующего потерпевший Логиш А.Н. дал показания, находящиеся в прямом противоречии с ранее данными показаниями: «Я думаю, что водитель видел руки, корпус, мог видеть лицо», а на вопрос защиты «Можно ли было разглядеть из салона авто знаки различия на Вашей форме», потерпевший Логиш А.Н. показал: «Я думаю, что можно».

Вместе с тем к показаниям потерпевшего Логиша А.Н. о том, что я видел его руки, корпус тела и лицо, а также знаки различия на его форме, суду следует отнестись критически, поскольку они не последовательны, противоречат первоначально данным им показаниям, отвечая на вопросы прокурора и указывая о том, что не он может сказать, видел ли его Лапа А.В., а также смотрел ли Лапа А.В. на него.

Если же потерпевший не может сказать смотрел ли на него водитель, как можно признать достоверными его показания, что он мог видеть его руки, корпус тела и лицо, а также знаки различия на его форме.

Допрошенные в качестве свидетелей Лозовик И.Р., Антонюк П.А., также показали, что в окруживших машину людях в темной одежде они не опознали сотрудников милиции, равно как и не видели, чтобы ко мне предъявлялось требования об остановке в установленном законом порядке сотрудниками органов внутренних дел.

То обстоятельство, что в первоначальных показаниях Лозовик И.Р. указал на то, что к автомобилю подошли сотрудники ОМОНа, последний объяснил своим физическим состоянием, а именно — на момент дачи показаний он находился в больнице с черепно-мозговой травмой и об обстоятельствах случившегося он давал показания уже с учетом того, что на момент допроса он уже знал, что это были сотрудники милиции, а показания записывались следователем одновременно с просмотром видеозаписи. Подтверждением того, что показания свидетеля Лозовика И.Р. следователь интерпретировал по собственному усмотрению, указывая, что подошедшие к автомобилю люди, являлись сотрудниками ОМОН, является использование в тексте допроса свидетеля аббревиатуры «СОГ», расшифровку которой сам Лозовик И.Р. не знает. Так, на вопрос защитника в судебном заседании 05 ноября 2020 года о том, что такое «СОГ», он не смог указать.

Также и Антонюк П.А., будучи допрошенным в судебном заседании, объяснил причину того, почему в первоначальных показаниях, зафиксированных в протоколе допроса от 12 августа 2020 года, указано на то, что «Мы вышли из машины и хотели покурить, но в нашем направлении начала двигаться военная техника. Мы испугались и сели в автомобиль. Я сел сзади за водителем, Саша сел справа от меня. В этот момент начали бежать люди в масках. Мы поняли, что это сотрудники милиции». Так, свидетель показал, что подписал протокол допроса, не читая его. Допрос происходил в 08:00 12 августа 2020 года, когда он был задержан и помещен в ИВС ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно. Он был согласен со всем, чтобы не было отражено в протоколе допроса, поскольку он был обеспокоен состоянием здоровья матери, страдающей онкологическим заболеванием, плохо себя чувствовал и его единственным желанием было поскорее выйти из ИВС.

Факт того, что свидетель Антонюк П.А. плохо себя чувствовал, отражено и в протоколе допроса от 12 августа 2020 года.

О том, что находящиеся возле машины люди и наносящие по ней удары являлись сотрудниками милиции, он узнал позже, когда был задержан, о чем он показал в судебном заседании.

Достоверность показаний свидетеля Антонюка П.А. в этой части подтверждается и фактом его признания в совершении административных правонарушений, которых он не совершал. Так, постановлением судьи суда Октябрьского района г. Гродно от 12 августа 2020 года Антонюк П.А. был привлечен к административной ответственности по ст. 23.4 и ч. 1 ст. 23.34 КоАП Республики Беларусь. Из данного постановления следует, что он признает вину во вменяемых ему правонарушениях.

Вместе с тем, сам по себе факт привлечения Антонюка П.А. к административной ответственности, в том числе и по факту участия в несанкционированном массовом мероприятии, в силу ст. 106 УПК Республики Беларусь не имеет преюдициального значения при рассмотрении настоящего уголовного дела и установленные постановлением по делу об административном правонарушении факты подлежат проверке и оценке судом с учетом всех установленных в ходе рассмотрения уголовного дела обстоятельств.

В соответствии со ст. 32 Закона о прокуратуре предметом надзора за соответствием закону судебных постановлений, а также за соблюдением законодательства при их исполнении являются соответствие закону приговоров, решений, определений и постановлений судов (судей) по уголовным, гражданским делам, делам, связанным с осуществлением предпринимательской и иной хозяйственной (экономической) деятельности, по делам об административных правонарушениях, а также соответствие законодательству правовых актов, решений, действий (бездействия) органов и должностных лиц, осуществляющих исполнение судебных постановлений и иных исполнительных документов.

Несмотря на установленный в судебном заседании факт неучастия Антонюка П.А. в противоправной деятельности и незаконность привлечения его постановлением суда Октябрьского района г. Гродно от 12 августа 2020 года к административной ответственности по ст. 23.4 и ч. 1 ст. 23.34 КоАП Республики Беларусь, прокурор в рамках предоставленных ему полномочий не внес протест на предмет отмены незаконного постановления и прекращения производства по делу.

Сам же Антонюк П.А. лишен возможности обжалования данного постановления в связи с истечением установленного законом срока его обжалования.

В ходе рассмотрения настоящего уголовного дела стало известно, что постановлением председателя Гродненского областного суда от 25 ноября 2020 года был удовлетворен протест заместителя прокурора Гродненской области и постановление судьи суда Октябрьского района г. Гродно от 28 августа 2020 года в отношении Лозовика Игоря Ростиславовича о прекращении производства по делу по ч. 1 ст. 23.34 КоАП Республики Беларусь было отменено.

Поводом для принесения протеста послужило ходатайство начальника ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно от 15 сентября 2020 года № 12/10 263, в котором он ссылается на имеющиеся в рамках уголовного дела № 20 125 211 977 протоколы допросов сотрудников ОМОН УВД Гродненского облисполкома, из показаний которых в действиях Лозовика И.Р., находящегося около 23:00 11 августа 2020 года у кинотеатра «Октябрь» по улице Советских пограничников, усматривается состав административного правонарушения, предусмотренного по ч. 1 ст. 23.34 КоАП Республики Беларусь.

И уже к протесту заместителя прокурора Гродненской области приобщены копии документов на 31 листе. Большая часть приобщенных документов, являются фотокопиями с документов из уголовного дела № 20 125 211 977 по обвинению меня в совершении преступления, предусмотренного ст. 364 УК Республики Беларусь, в частности, постановление о возбуждении уголовного дела (т. 1 л.д. 1), протокол дополнительного допроса потерпевшего Конона П.В. (т. 1 л.д. 228−231), протокол допроса свидетеля Карикова Н.А. (т. 1, л.д. 243−246), протокол допроса потерпевшего Логиша А. Н (т. 1. Л.д. 235−239), протокол допроса свидетеля Барабана А.П. (т. 1 л.д. 240−242), протокол допроса свидетеля Середа Д.А. (т. 1 л.д. 95−96), постановление о привлечении в качестве обвиняемого от 09 октября 2020 года и один документ из уголовного дела № 20 125 212 931 в отношении Лозовика И.Р. — фотокопия постановления о возбуждении уголовного дела. При этом часть фотокопий документов сделана с копий заверенных печатью «Для документов» Управления следственного комитета Республики Беларусь по Гродненской области.

По аналогичной схеме отменено и постановление о прекращении производства по делу по ч. 1 ст. 23.34 КоАП Республики Беларусь в отношении Федюка А.Р.

В материалах уголовного дела № 20 125 211 977 по обвинению меня, Лапа А.В., в совершении преступления, предусмотренного ст. 364 УК Республики Беларусь отсутствует разрешение следователя на разглашение данных предварительного следствия, в том числе и на производство фотокопий отдельных материалов дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 УПК Республики Беларусь данные предварительного следствия или дознания не подлежат разглашению. Они могут быть преданы гласности лишь с разрешения следователя, лица, производящего дознание, и только в том объеме, в каком ими будет признано это возможным, если разглашение не противоречит интересам предварительного расследования и не связано с нарушением прав и законных интересов участников уголовного процесса.

За умышленное разглашение данных дознания, предварительного следствия, совершенное лицом, имеющим доступ к материалам уголовного дела по службе предусмотрена уголовная ответственность по ч. 2 ст. 407 УК Республики Беларусь.

Считаю, что данное обстоятельство должно служить основанием государственному обвинителю для принятия мер прокурорского реагирования по вышеуказанному факту.

И при повторном рассмотрении дела о нарушении ч. 1 ст. 23.34 КоАП Республики Беларусь в отношении Лозовика И.Р. производство по делу было прекращено на основании п. 10 ч. 1 ст. 9.6 КоАП Республики Беларусь, а в отношении Федюка А.Р. — по п. 3 ч. 1 ст. 9.6 КоАП Республики Беларусь, в связи с чем судом не установлено совершение данными лицами административных правонарушений.

Сотрудники ОМОНа не представились

В тот вечер было очень шумно на улице. Данное обстоятельство подтверждается видеозаписью событий, а также моими показаниями, показаниями потерпевших и свидетелей.

Из просмотренной видеозаписи слышна только одна фраза «Из машины», после чего слышны только удары дубинками по автомобилю. Не слышно, чтобы кто-то представлялся сотрудником милиции.

По инициативе суда была назначена и проведена комплексная судебная фоноскопическая экспертиза.

Согласно заключению экспертизы № 24−21.1−03/1366 от 26 января 2021 года установлено дословное содержание разговоров, содержащихся в видеофайле «IMG-2143.MOV», записанных на DVD-диск «extreme» c 25 секунды по 45 секунду от начала фонограммы и видеофайле «video-0f05381d484d45054dfa9f0499c17f50-V.mp.4», записанных на CD-R диск «maxell», с 20 секунды по 40 секунду от начала фонограммы.

Вместе с тем, данное заключение не содержит привязки установленных фраз к временным промежуткам на имеющихся видеофайлах, равно как и не содержит вывода о манере речи дикторов, фразы которых установлены экспертизой.

Судом было отказано в удовлетворении ходатайства защиты о необходимости проведения дополнительной экспертизы на предмет определения привязки установленных фраз к временным промежуткам на имеющихся видеофайлах, и определения манеры речи дикторов, фразы которых установлены экспертизой.

Допрошенный в судебном заседании эксперт Ветров А.В. показал, что невозможно определить расстояние дикторов от источника аудиозаписи, что не позволяет признать с достоверностью установленным факт принадлежности этих фраз сотрудникам милиции.

То, что никто не представлялся сотрудником милиции или делал это настолько тихо, что этого не было слышно, в момент когда сотрудники милиции подходили к автомобилю подтверждается не только моими показаниями, показаниями лиц, находящимися в салоне автомобиля, но и показаниями самих сотрудников милиции.

Так, потерпевший Конон П.В. в судебном заседании показал, что не слышал, чтобы кто-либо из его коллег предъявлял какие-либо требования к лицам, находящимся в салоне автомобиля до начала его движения. Такие же показания дал свидетель Кариков Н.А.

Кроме того, допрошенный в качестве свидетеля Сонец А.С. показал, что в лицах, выбежавших из микроавтобуса невозможно было распознать сотрудников милиции, поскольку было темно и каких-либо различительных знаков на их одежде видно не было, данные лица все были в темной одежде, а на головах у них были балаклавы. При этом, как показал данный свидетель, он не слышал, чтобы кто-то представлялся сотрудником милиции, отчетливо услышал только одну фразу «Из машины». То, что он видел, напоминало какие-то хулиганские действия со стороны данных лиц.

Из таблицы фотоснимков к протоколу освидетельствования потерпевшего Конона П.В. от 12.08.2020 года (т. 1 л.д. 92−94) следует, что на форменной одежде Конона П.В. отсутствуют какие-либо знаки различия за исключение цифры «412».

В материалах дела имеется протокол осмотра предметов от 30.09.2020 (т. 2 л.д. 258) и таблица фотоснимков к нему (т. 2, л.д. 259−262), на которых обозревается форменная одежда сотрудника ОМОН, на которой имеются соответствующие знаки различия.

Вместе с тем, был ли кто-либо из сотрудников, в частности, Логиш А.Н., одет именно в такую форму одежду материалы дела не содержат, а к показаниям свидетеля Логиша А.Н. следует относиться критически с учетом установленных в ходе судебного следствия противоречий в его показаниях.

Таким образом, доказательств того, что я знал, о том, что окружившие мою автомашину и начавшие наносить удары по ней лица в черной одежде, являются сотрудниками органов внутренних дел, суду не представлено.

Вместе с тем, как следует из п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 17 сентября 1993 г. N 7 «О судебной практике по делам о посягательстве на жизнь, здоровье и достоинство работников милиции, народных дружинников, военнослужащих или иных лиц в связи с выполнением ими служебных обязанностей или общественного долга по охране общественного порядка» (далее по тексту — Постановление Пленума № 7) для привлечения к ответственности за преступления, предусмотренные ст.ст. 187−1, 188−1, 189 (прим. аналог 364 УК), 189−1 УК, необходимо установить, что виновный знал о том, что он посягает на жизнь, здоровье и достоинство именно работника милиции, народного дружинника, военнослужащего или иного лица при выполнении или в связи с выполнением ими обязанностей либо общественного долга по охране общественного порядка.

Для подтверждения невозможности определения того, что подбежавшие к автомобилю «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, являются сотрудниками милиции, моим защитником было заявлено ходатайство о проведении следственного эксперимента путем воспроизведения действий сотрудников органов внутренних дел и моих, Лапы А.В., а также обстановки (темное время суток, постоянный шум от сигналов и др.), однако в его удовлетворении было отказано.

Считаю, что иным способом установить возможность со стороны водителя и пассажиров автомобиля «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, определить, что подбежавшие люди в черной одежде являются сотрудниками ОВД невозможно, равно как и определить возможность услышать предъявляемые требования со стороны этих людей.

Следователем же было отказано в удовлетворении данного ходатайства на том основании, что воссоздать обстановку событий невозможно, что не соответствует действительности.

В судебном заседании установлено, что сотрудникам не выдавались видеорегистраторы на дежурство в ночь с 11 августа 2020 года на 12 августа 2020 года.

В соответствии с ч. 4 ст. 26 Закона № 263-З о каждом случае применения физической силы, специальных средств, оружия, боевой и специальной техники сотрудник органов внутренних дел обязан уведомить своего непосредственного начальника.

Кроме того, каждый случай применения физической силы, специальных средств, оружия, боевой и специальной техники сотрудник органов внутренних дел должен быть зафиксирован в соответствующем журнале.

В материалах дела отсутствуют сведения о применении специальных средств милиционерами ОР ОМОН УВД Гродненского облисполкома в районе перекрестка улиц Советских пограничников и Репина в г. Гродно вблизи магазина «Алми (ЗАО «Юнифуд») по ул. Советских пограничников, 110а в г. Гродно при попытке задержания граждан, находящихся в автомобиле «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4.

Вместе с тем, материалы дела содержат доказательства факта применения специальных средств сотрудниками милиции, в частности ПР-73, которыми они наносили удары по кузову и стеклам моего автомобиля.

Имелись ли основания для применения специальных средств?

Статья 28 Закона № 263-З устанавливает случаи возможного применения специальных средств.

Применение же специальных средств сотрудниками милиции в отношении моего транспортного средства выходило за пределы предоставленных им возможностей использования специальных средств.

Согласно ч. 6 ст. 26 Закона № 263-З применение физической силы, специальных средств, оружия, боевой и специальной техники с нарушением требований настоящего Закона влечет ответственность, установленную законодательными актами Республики Беларусь.

Считаю, что судом должна быть дана оценка таким действиям сотрудников милиции, поскольку применение специальных средств было произведено в нарушение Закона.

Мной не было совершено и нарушений правил дорожного движения, повлекшие причинение кому-либо вреда, как не было применено насилие в какой-либо иной форме в отношении кого-либо.

Так, согласно ч. 3 п. 5 постановления Пленума № 7 под насилием понимается совершение действий, выразившихся в умышленном нанесении ударов, побоев, удержании, причинении телесных повреждений и т. п., работникам милиции, народным дружинникам, военнослужащим или иным лицам при выполнении ими обязанностей или общественного долга по охране общественного порядка.

В судебном заседании не нашли своего подтверждения выводы обвинения о том, что я, Лапа А.В., ограничил движение, а в последующем совершил наезд автомобилем на него.

Действительно, просматривая видеозапись, можно заметить человека, который находится в передней части автомобиля, однако в последующем он отходит, при этом под колеса автомобиля никто не попадет.

Не совершал наезда

Я, Лапа А.В. не совершал ни на кого наезда, в том числе и на Логиша А.Н. Так, наездом признается попадание человека под колёса транспортного средства.

У Логиша А.Н. вообще отсутствуют какие-либо телесные повреждения, равно как материалы дела не содержат информации о причинении ему физической боли, побоев.

При этом сам Логиш А.Н. не считает, что в отношении его со стороны водителя автомобиля «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, были совершены какие-либо насильственные действия.

Так, при допросе его в качестве свидетеля 12 августа 2020 года в 00:55 — 01:28 (Т.1 л.д. 106−108), т. е. непосредственно после случившегося, он вообще не указывал о том, что в отношении его имели место какие-либо противоправные действия.

И только после появления видеозаписи 13 августа 2020 года, после признания Логиша А.Н. потерпевшим (при отсутствии каких-либо оснований, например, рапорта Логиша А.Н. о применении в отношении него насилия), последний при допросе его в качестве потерпевшего (т. 1 л.д. 235) указывает на то, что на него двигался автомобиль, а он рассчитывал на то, что увидев его, водитель прекратит движение, однако тот этого не сделал и он успел отбежать в сторону. При этом он указывает на то, что он передними частями бедер упирался в передний бампер автомобиля, а в последующем его вытолкнуло бампером в сторону. При этом потерпевший Логиш А.Н. не указывает на то, что ему была причинена боль вследствие физического соприкосновения с автомобилем.

В судебном заседании потерпевший Логиш А.Н. также подтвердил то, что ему не был причинен какой-либо физический вред.

Кроме того, Логиш А.Н. показал, что в момент начала движения автомобиля он отпрыгнул, так как автомобиль двигался на него.

На вопрос председательствующего: «Воспринимали ли Вы это как прямую угрозу здоровью?», потерпевший Логиш А.Н. ответил: «Автомобиль средство повышенной опасности, чтобы не оказаться под машиной». На уточняющий вопрос председательствующего: «Я правильно понимаю, что вы восприняли как угрозу?», потерпевший Логиш А.Н. показал: «Да, если бы я не отпрыгнул, я бы оказался под машиной».

На вопрос прокурора: «Предъявлено обвинение, что к Вам было применено насилие, так это было насилие или угроза его применения?», на что потерпевший Логиш А.Н. показал: «Я считаю, что раз я в судмедэкспертизу не обращался, то если я правильно понимаю, это как угроза, насилие — это же физическое когда мне причинено. Я считаю, что угроза».

Таким образом, никакого насилия в какой-либо форме Логишу А.Н. причинено не было, что сам Логиш А.Н. и подтвердил в судебном заседании.

Действительно, нахождение пешехода на проезжей части создает угрозу для его безопасности, что запрещено ПДД (п.п. 18.2 п. 18 ПДД) и данная угроза возникла вследствие грубой неосторожности самого Логиша А.Н.

Не может быть и речи об угрозе насилия с моей стороны, поскольку сам Логиш А.Н. не воспринимал действия водителя автомобиля «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, как умышленные, с целью причинения ему телесных повреждений либо как угрозу его (насилия) применения.

Так, на вопрос прокурора: «В процессе какие-то ускорения были?», потерпевший Логиш А.Н. ответил: «Существенных не было», а на уточняющий: «Как понять существенных?», ответил: «Понятно, что не был плавным поворот водителя направо, как обычно, чувствовалась спешка, но резких газований я не припоминаю».

Мои действия были направлены не на причинение кому-либо насилия, либо угрозу его (насилия) применения, а желание поскорее покинуть место нападения на мой автомобиль неизвестных людей в темной одежде.

В обзоре судебной практики Верховного Суда Республики Беларусь от 01.01.2005 «Практика применения законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном процессе» указано на то, что если права потерпевшего предоставлены кому-либо необоснованно, суд должен вынести постановление (определение) о прекращении участия данного лица в уголовном процессе в качестве потерпевшего. Так, не всегда соблюдаются на практике положения ч. 3 ст. 49 УПК, согласно которым постановление о прекращении участия лица в уголовном процессе в качестве потерпевшего должно быть мотивированным.

Таким образом, суд должен был вынести постановление о прекращении участия Логиша А.Н. в уголовном процессе в качестве потерпевшего, поскольку к нему не было применено насилие.

Грубая неосторожность сотрудника ОМОНа

То, что Конон П.В. по собственной инициативе схватился за ручку задней правой пассажирской двери, удерживал ее во время движения транспортного средства, а другой рукой пытался через приоткрытое стекло в задней двери открыть ее изнутри, после чего, не удержавшись в висячем положении, упал, не может ставиться мне в вину, поскольку умысла в причинении ему физической боли и побоев у меня не было.

К показаниям потерпевшего Конона П.В., о том, что водитель действовал целенаправленно с целью причинения ему телесных повреждений, суду следует отнестись критически.

Я вообще не видел, что кто-то при движении автомобиля находится возле задней правой двери и держится за ее ручку или каким-то иным образом «зацепился» за автомобиль.

Сам же потерпевший Конон П.В. на вопрос председательствующего по делу: «Видел ли Вас водитель?», показал: «Точно ответить не могу», на уточняющий вопрос: «Мы пытаемся выяснить, видел ли Вас водитель в этом положении, и мог бы он применить в отношении Вас насилие?», потерпевший Конон П.В. ответил: «Ну, конкретно не могу сказать, что он меня видел».

Также критически суд должен дать оценку показаниям потерпевшего Конона П.П. о том, что он пытался открыть дверь изнутри автомобиля.

Так, из моих показаний, а также лиц, находящихся в автомобиле, следует, что все окна в автомобиле были закрыты, так как работал кондиционер.

Из просмотренной в судебном заседании видеозаписи, в том числе покадрово, а также в замедленном режиме, видно, что окно задней правой пассажирской двери закрыто, о чем свидетельствуют блики на окне двери от света, попадающего на него.

Кроме того, у Конона П.В. отсутствуют телесные повреждения характерные для образования повреждений вследствие воздействия стекла на руку под весом всего тела, что опровергает его доводы о том, что он всем телом повис на руке, просунутой в салон автомобиля.

К показаниям потерпевшего Конона П.В. о том, что он упал от толчка кузова автомобиля, суду следует дать критическую оценку, в том числе с учетом первоначальных показаний потерпевшего, оглашенных в судебном заседании (т. 1 л.д. 78−81) о том, что он упал от того, что отпустил руки, одной из которой держался за ручку двери, а вторую просунул в салон автомобиля с целью открытия двери изнутри, фактически вися на автомобиле.

Таким образом, доказательств того, что я вообще видел Конона П.В., равно как и имел умысел на применение к нему насилия суду не представлено, а выводы обвинения о том, что я, Лапа А.В. достоверно знал о том, что милиционер ОР ОМОН УВД Гродненского облисполкома Конон П.В. размещен вблизи задней правой двери вышеуказанного транспортного средства, который пытался остановить дальнейшее его движение, путем открытия кистью левой руки изнутри двери вышеуказанного автомобиля, (хотя в судебном заседании 19 февраля 2021 года указывал на то, что пытался открыть двери изнутри правой рукой), тем самым обозначая свое присутствие, сопровождая свои действия жестами и речью, игнорируя неоднократные требования сотрудника органа внутренних дел, умышленно с целью нарушения телесной неприкосновенности, личной свободы сотрудника органов внутренних дел, начал движение на автомобиле по дороге в сторону автостоянки, расположенной вблизи магазина «Алми (ЗАО «Юнифуд») по ул. Советских пограничников, 110а в г. Гродно, тем самым ограничив движение Конона П.В., который при последующем ускорении транспортного средства в вышеуказанном направлении, в связи с совершением автомобилем маневрирования вправо, упал на асфальт с опорой на руки и колени, с предшествующем этому переворотом через голову, причинив потерпевшему Конону П.В. телесные повреждения, не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Кроме того, анализ доказательств, находящихся в деле вызывает сомнение факт получения Кононом П.В. телесных повреждений в результате его падения 11 августа 2020 года, когда он бежал за автомобилем.

Так, при допросе потерпевшего Конона П.В. 12 августа 2020 года в 01:56 — 03:00 (т. 1 л.д. 78) последний показал, что «у меня никаких телесных повреждений не образовалось, форменная одежда не повреждена». Также и при его освидетельствовании 12 августа 2020 года (т.1 л.д. 90) установлено, что на доступных к осмотру участках тела телесных повреждений не выявлено и это при том, что телесные повреждения экспертом 14 августа 2020 года обнаружены, в том числе и на открытых для освидетельствования участках тела Конона П.В.

Кроме того, на вопрос следователя о том, могли ли телесные повреждения образоваться у Конона П.В. образоваться при обстоятельствах, указанных им, эксперт в своем заключении от 14 сентября 2020 года № 24−07.1−08/1759 (т. 1 л.д. 85−88) делает вывод о том, что полученная информация от подэкспертного о травмировании не может быть расценена как обстоятельства причинения ему телесных повреждений.

Кроме того, Конон П.В. обратился в экспертное учреждение 14 августа 2020 года, спустя почти трое суток после происшествия, что с учетом осуществления им служебной деятельности 12 и 13 августа 2020 года не исключает возможность получения им травм, установленных экспертом травм и после 11 августа 2020 года.

Таким образом, учитывая, что допрошенный в судебном заседании потерпевший Конон П.В. показал о том, что он не может утверждать о том, видел ли его водитель автомобиля, а при его повторном допросе в судебном заседании 19 февраля 2021 года показал, что водитель его не видел в этот момент, следовательно, нельзя сделать вывод об умышленном характере моих действий, направленных на причинение Конону П.В. телесных повреждений, в связи с чем при отсутствии других доказательств того, что я знал о том, что в районе задней правой двери за автомобиль «зацепился» сотрудник милиции не может ставиться мне в вину в умышленном причинении насилия сотруднику милиции.

Причиной же падения Конона П.В. явилась его собственная неосмотрительность, грубая неосторожность, явившаяся следствием несоблюдения мер безопасности, связанных с находящимся в движении транспортным средством.

В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 28.09.2006 N 8 «О практике постановления судами оправдательных приговоров» судам дано разъяснение о том, что оправдательный приговор за отсутствием общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом (п. 1 ч. 1 ст. 357 УПК), постановляется в случаях, когда действие (бездействие), которое вменялось обвиняемому, не совершалось, а указанные в обвинении последствия не имели места либо наступили независимо от чьей-либо воли, например вследствие действия сил природы, либо эти последствия наступили от действий лица, которому причинен вред.

Вышеуказанное, на мой взгляд, должно служить основанием для моего, Лапы А.В., оправдания в совершении преступления, предусмотренного ст. 364 УК Республики Беларусь за отсутствием общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом.

Должен быть оправдан

Полагаю, что возбуждение уголовного в отношении меня, Лапа А.В. является активным способом защиты сотрудников правоохранительных органов, избранным с целью попытаться исключить ответственность виновных лиц в причинении мне телесных повреждений и умышленном незаконном повреждении моего имущества.

Такой мой вывод основан на всех последующих действиях сотрудников правоохранительных органов.

Так, 12 августа 2020 года, я, Лапа А.В. поступил в БСМП, где указал, что был избит сотрудниками ОМОН, и учреждение здравоохранение предоставило в органы внутренних дел информацию обо мне, Лапе А.В., как о лице, избитом сотрудниками ОМОН. Данное сообщение было зарегистрировано в АС «ОДС» (единой книге) в оперативно-дежурной службе ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно 12 августа 2020 года в 03:02:07 под № 17 943 (т. 1 л.д. 113).

Таким образом, сообщение о совершенных в отношении меня противоправных действиях было зарегистрировано в АС «ОДС» (единой книге) в оперативно-дежурной службе ОВД администрации Октябрьского района г. Гродно раньше рапорта Лагутика Р.А. (12 августа 2020 года в 04:30:07 под № 17 948) на полтора часа.

При этом, в этот же день, 12 августа 2020 года у меня были диагностированы множественные переломы костей лицевой части черепа, множественные кровоподтеки грудной клетки, поясничной области, мягких тканей, сведения о чем имеются в материалах дела.

В последующем, 19 августа 2020 года моя мама, Лапа Татьяна Николаевна, обратилась в УСК по Гродненской области с заявлением по факту причинения мне телесных повреждений и повреждении моего имущества. Данное заявление в этот же день было переадресовано в Гродненский МОСК.

24 августа 2020 года я сам обратился Гродненский МОСК с заявлением по факту моего избиения сотрудниками ОМОН.

Также и в средствах массовой информации (сайт S13.ru) 25 августа 2020 года была размещена информации о причинении мне, Лапа А.В., телесных повреждений сотрудниками ОМОН, а также умышленном повреждении его автомобиля в публикации «Избитого ОМОНом гродненца оперировали в наручниках: он подозревается в насилии над сотрудниками органов и ему грозит до 6 лет».

Следствие располагало видеозаписью (т.2 л.д. 116−119), подтверждающей факт необоснованного насилия со стороны сотрудников правоохранительных органов по отношению к задержанным, в том числе и ко мне, а также умышленного повреждения принадлежащего мне транспортного средства, в том числе и после того, как я и пассажиры его автомобиля лежали на проезжей части.

07 сентября 2020 года я, Лапа А.В. обратился с жалобой в прокуратуру г. Гродно на то, что уголовное дело по факту причинения мне телесных повреждений и умышленного повреждения принадлежащего мне имущества, не возбуждено, а также по фактам допущенных следователем нарушений уголовно-процессуального законодательства.

17 сентября 2020 года прокурором г. Гродно мне, Лапе А.В., было сообщено о том, что по его заявлению проводится проверка.

Из уголовного дела 08 сентября 2020 года были выделены материалы в отдельное производство (Т. 2 л.д. 178−179).

Я получил уведомление за исх. № 19−4/2316 от 21 января 2021 года из которого следует, что по моему заявлению принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела по ст. 426 Уголовного кодекса Республики Беларусь.

Все вышеуказанное, должно служить основанием для моего оправдания в совершении преступления, предусмотренного ст. 364 УК Республики Беларусь.

Так, незаконность возбуждения уголовного дела влечет недопустимость доказательств, имеющихся в материалах уголовного дела, должно влечь оправдание меня, Лапы А.В., в связи с недоказанностью моего участия в совершении преступления.

И даже в случае признания законности возбуждения уголовного дела я, Лапа А.В., подлежу оправданию за отсутствием общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом.

Мое оправдание должно влечь отмену меры пресечения в виде подписки о невыезде, отмене мер по обеспечению возмещения вреда и конфискации имущества (мобильный телефон «Redmi» и мобильный телефон «Xiaomi MI» в чехле, изъятые согласно протоколу описи имущества от 29.09.2020 т. 1 л.д. 184; легковой автомобиль «Skoda Rapid», регистрационный знак 0132 ММ-4, изъятый согласно протоколу описи имущества от 12.08.2020 т. 1 л.д. 142), денежные средства в размере 345,22 рублей, 7 долларов США, 150 польских злотых, изъятых согласно протоколу описи арестованного имущества от 24.09.2020 т. 1 л.д. 72), а также флаг, изъятый в ходе осмотра 12 августа 2020 года транспортного средства Лапа А.В.

Кроме того, в соответствии с ч. 3 ст. 33 УПК суд может вынести частное определение (постановление), если при судебном рассмотрении уголовного дела будут выявлены нарушения прав и свобод граждан, а также нарушения закона, допущенные при производстве дознания, предварительного следствия или при рассмотрении дела нижестоящим судом.

В ходе судебного следствия установлено нарушение норм уголовно-процессуального закона при возбуждении уголовного дела (фальсификация постановления о возбуждении уголовного дела), нарушение регистрационно-учетной дисциплины при регистрации сообщений о совершенном происшествии, дача сотрудниками милиции заведомо ложных показаний в ходе предварительного и судебного следствия, нарушение закона при производстве предварительного следствия по уголовному делу (разглашение данных предварительного следствия, совершенное лицом, имеющим доступ к материалам уголовного дела по службе), на что необходимо реагировать вынесением частного постановления.

22 февраля 2021 года А.В. Лапа

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера