Токаев выходит из кризиса победителем

Эксперт по Средней Азии из французского Института международных отношений IFRI и бывший сотрудник посольства Франции в Астане Микаэль Левистон полагает, что победителем в этой ситуации оказался президент страны Касым-Жомарт Токаев.

«Мы увидели укрепление позиций Токаева внутри госаппарата Казахстана — и пока это главный вывод, который мы можем сделать из текущего кризиса. Токаев выходит из него победителем: он возглавил Совет безопасности страны, сместив с него Назарбаева. Это настоящая политическая революция. Он заменил Карима Масимова на посту председателя Комитета национальной безопасности человеком из своего круга: новым главой КНБ был назначен Ермек Сагимбаев, работавший до этого начальником Службы государственной охраны. Таким образом, на сегодняшний день Токаев стал настоящим лидером Казахстана», — говорит эксперт.

По его мнению, Токаев сумел воспользоваться ситуацией и обернуть ее в свою сторону, он «продемонстрировал редкий политический оппортунизм». 

Специалист не видит доказательств иностранного вмешательства в события в стране: 

«Мне кажется, причины нынешнего кризиса глубоко внутриказахстанские. Когда в такой богатой стране, как Казахстан, средняя зарплата составляет 500 долларов в месяц, а уровень безработицы и инфляция резко растут, мне кажется, нет смысла искать причины вовне».

Приглашение войск ОДКБ эксперт считает странным. Во время войны Армении с Азербайджаном и волнений в Кыргызстане ОДКБ не стала вмешиваться. Скорее всего, существовал реальный риск свержения власти. Возможно, Токаев не доверял собственной армии.

А что изменится во внешней политике, и какие условия в обмен на помощь Путин поставил Токаеву? У французского эксперта нет ответов на эти вопросы.

«Напомню, что именно Токаев в бытность министром иностранных дел — вместе с Назарбаевым — был одним из создателей этой многовекторной дипломатии. Он останется должен России. Какие именно условия мог поставить Путин в обмен на участие российских миротворческих сил? Конечно, в сложившейся ситуации Россия не могла остаться в стороне, но не воспользовалась ли Москва этой ситуацией для того, чтобы выдвинуть ряд условий?

Усиление статуса русского языка? Строительство в Казахстане атомной электростанции? Я видел, что такие переговоры идут с «Росатомом». Нужно будет наблюдать за тем, как Казахстан будет вести себя в ближайшие недели и месяцы: останется ли у страны прежняя свобода действий в международной сфере, позволявшая ей играть роль первого плана? Пока слишком рано об этом говорить».

Заблокировать интернет в Казахстане оказалось не так и просто

В отдельных регионах Казахстана на протяжении нескольких дней были серьезные проблемы с интернетом. И если заблокировать интернет физически было несложно, то возникла другая проблема — в Казахстане сейчас настолько высокий уровень цифровизации, настолько он зависит в повседневной жизни от интернет-сервисов, что даже короткие блокировки парализовывали в некоторых городах всю жизнь. Об этом пишет Катрина Киган, эксперт по вопросам цифровизации в Средней Азии.

Правительство Казахстана уделяет приоритетное внимание развитию цифровой экономики, и почти все взаимодействие между гражданами и правительством, от регистрации в детский сад до уплаты налогов, происходит на цифровых платформах, которые оставались выведены из строя в течение нескольких дней. Зависимость от интернета настолько велика, что люди, как сообщается, с трудом могли даже купить продукты, потому что онлайн-оплата в условиях блокировки интернета работала с перебоями, а налички у людей не было.

Режим оказался в заложниках своей же ставки на цифровую экономику, так как при ограничении доступа к интернету парализуется вся хозяйственная жизнь, а это может стать еще большим катализатором протестов.

Эксперт обращает внимание на то, что блокировка интернета в Казахстане не только не остановила протесты, но и перевела их из исключительно мирных в насильственные. С включенным интернетом массы людей оставались пассивными наблюдателями протестов, а после блокировки многие вышли на улицы.

Режиму не конец, но реформы придется проводить

Хотя режим в Казахстане и сохранился, эксперт Московского Центра Карнеги Темур Умаров считает, что властям все равно придется пойти на реформы.

«Реформы произойдут на 100 процентов. Мы наблюдаем их последние несколько лет. Это тенденция, которая реализовалась бы без протестов, но сейчас она ускорится, и власти пойдут на них еще скорее», — сказал Умаров.

Хаос стал результатом борьбы кланов

Даниил Кислов, российский эксперт по Средней Азии, руководитель портала «Фергана», высказал предположение, что хаос стал результатом «отчаянной борьбы за власть» между враждующими политическими кланами, а именно людьми, лояльными Токаеву, и теми, кто обязан его предшественнику Назарбаеву.

Беспорядки в Алматы, сказал Кислов, были попыткой членов политического клана Назарбаева восстановить свое влияние.

Эксперт полагает, что смещенный с должности первого заместителя главы Комитета нацбезопасности племянник Назарбаева Самат Сатыбалдыулы Абиш мог и правда являться главным организатором беспорядков.

Кыргызский политолог Медербек Корганбаев утверждает, что окружение Назарбаева и Токаева не может поделить такие ключевые прибыльные отрасли, как экспорт нефти и сырья, кадровая политика, торговля и бизнес, медиаресурсы, и другие финансовые потоки.

События в Казахстане подпитали российский национализм и сепаратизм

Исследователь Кейси Мишель полагает, что последние события в Казахстане могут вновь разжечь российский реваншизм и национализм. Россия в перспективе сможет использовать нестабильность в Казахстане для того, чтобы захватить Северный Казахстан с большой долей русского населения. 

Хотя российские ирредентисты сосредотачивают свое внимание в первую очередь на Украине, в подобном контексте они регулярно упоминают и Казахстан.

Претензии русских националистов на Северный Казахстан имеют давнюю историю, они начались еще до правления Владимира Путина. Автор вспоминает, что в конце 1991 года администрация Ельцина выпустила официальное заявление, в котором оставила за собой право поднимать вопросы о пересмотре границ. В документе тогда не были прописаны конкретные регионы, но пресс-секретарь Ельцина позже объяснил, о чем шла речь: Абхазия (ее Россия оторвала от Грузии в 2008 году), Крым и Донбасс (их Россия оторвала от Украины в 2014 году), и Северный Казахстан. 

О том, что Северный Казахстан должен принадлежать России, говорил и русский писатель-националист Солженицын — это не были такие уж и маргинальные разговоры.

В 2014 году, после оккупации Крыма, Путин заявил, что у казахов никогда не было собственной государственности, и что ее создал Назарбаев. Время от времени российские высокопоставленные чиновники позволяют себе откровенно шовинистические высказывания в отношении Казахстана.

Эксперт считает, что, с точки зрения логики, России нет никакой необходимости захватывать Северный Казахстан — ни протестующие, ни власть там не ставят под сомнение отношения с Москвой и, в отличие от Украины и Грузии, не выражают большого желания интегрироваться в евроатлантические структуры. С другой стороны, пишет аналитик, Россия в своей внешней политике давно перестала руководствоваться логикой. Путин у власти уже более 20 лет, и он воспринимает себя не как политика, а как государственного деятеля, чья задача — восстановление так называемой «исторической России».

Хотя сейчас Москва наряду с Токаевым и его союзниками сосредоточена в первую очередь на усилении режима и подавлении любых протестов, это не означает, что она не захочет в будущем реализовать потенциальный сценарий оккупации. Последние протесты показали, что стабильность Казахстана сильно переоценена.

Правительство страны полностью оторвано от реалий

Невыполненные обещания правительства о лучшем экономическом будущем превратили Казахстан во взрывоопасный регион. В стране давно были и безработица, и низкая заработная плата — особенно в тяжелой промышленности Западного Казахстана, но пандемия и рецессия только усугубили ситуацию.

«Это правительство, которое сильно оторвано от реальности. Это страна, где нет институтов, через которые можно выражать несогласие; единственный способ — на улице», — сказал Пол Стронски из Фонда Карнеги.

Он говорит, что власти объявили о множестве планов по улучшению жизни и борьбе с коррупцией, но те так и не были реализованы.

Отсутствие диалога и преследование политической оппозиции сделали правительство оторванным и слепым к недовольству населения.

По словам Дианы Кудайбергеновой из Кембриджского университета, протесты были не только экономическими, но и политическими. Они были вызваны тотальной коррупцией и неприязнью к элите, которая, как считается, прячет миллиарды долларов на оффшорных счетах.

Также аналитик обращает внимание на то, протестующих можно разделить на две условные группы: с одной стороны это средний класс и политические активисты с их мирным протестом, с другой стороны — отчаянные молодые мужчины из бедных маргинальных районов Алматы, принимавшие участие в мародерствах и грабежах магазинов. Между этими двумя группами — огромная пропасть. Средний класс и политические активисты понимают, что мародеры отбирают у них право на мирный протест.

Главной проблемой протестов Кудайбергенова считает отсутствие лидерства.

Мари Стразерс из Amnesty International говорит, что озлобленность и возмущение людей накапливались постепенно.

«На протяжении многих лет правительство неустанно преследовало мирное инакомыслие, оставляя казахстанцев в состоянии беспокойства и отчаяния», — сказала она.

Недовольство и нестабильность накапливались годами

Раушан Жандаева, кандидат политических наук университета имени Джорджа Вашингтона, пишет, что когда-то Казахстан считался примером авторитарной стабильности, несмотря на слабое гражданское общество. Однако предпосылки политической нестабильности возникли задолго до 2022 года, поскольку неудовлетворенные потребности населения вызвали нарастание недовольства в обществе.

Крах казахстанской валюты тенге в 2015 году на фоне низких цен на нефть, общественное недовольство продажей земли Китаю в 2016 году, трата денег на ЭКСПО-2017, «отставка» Назарбаева с поста президента (чтобы занять другую высокую должность) и переименование столицы в честь него в 2019 году, а также разрушительные последствия ковидной пандемии — это лишь несколько причин недовольства режимом.

Протесты были неоднородны, пишет аналитик, без единой повестки дня и руководства. Если в западной части страны митинги прошли относительно спокойно, то в Алматы изначально мирное собрание переросло в бурные общественные беспорядки.

Пока неясно, кто превратил мирные протесты в серию мародерств. Возникают вопросы к низкому участию полиции и вооруженных сил в охране административных зданий и улиц Алматы от мародеров.

Лукпан Ахмедьяров, главный редактор независимого издания «Уральская неделя», выдвинул свою версию. По его мнению, Самат Абиш, племянник Назарбаева и зампред КНБ, неофициально контролировал местные силы безопасности, из-за чего президент Токаев не смог нормально командовать военной элитой и силовиками, и поэтому был вынужден обратиться в ОДКБ.

Увольнение экс-премьера Карима Масимова, возглавлявшего КНБ и являвшегося человеком Назарбаева и последующий арест за госизмену подтверждает эту теорию. Мародеры каким-то образом завладели арсеналом КНБ и продолжали бесчинства в городе.

Казахстанская многовекторность уходит в прошлое

В Казахстане у России была та же проблема, что и в Беларуси: правящий режим монополизировал политические контакты с Москвой. Любой, кого подозревали в чрезмерно тесных связях с Россией, был уволен и изолирован, пишет эксперт Дмитрий Тренин. 

Хотя Токаев и не является клиентом Москвы, Россия спасла его, чтобы к власти не пришли ультранационалисты и исламистские радикалы, пишет аналитик.

«Токаева надо было спасти, как и давнего лидера Беларуси Александра Лукашенко летом 2020 года, когда там вспыхнули протесты», — пишет Тренин.

Однако в отличие от Лукашенко, Токаев не обладает всей полнотой власти и полномочий, а его полиция и вооруженные силы не такие мотивированные, как их белорусские коллеги, чтобы самостоятельно справляться с протестами, считает специалист. Поэтому Токаев был вынужден призвать силы ОДКБ.

Это позволит России поддержать режим, сделав его более пророссийским, как это уже произошло в Минске и Ереване.

С этой мыслью согласен профессор Лука Анчески. Он считает, что многовекторность Казахстана — мантра внешней политики эпохи Назарбаева — отныне ушла в прошлое.

О том, что позиции Казахстана ослабнут, пишут и польские аналитики из Ośrodek Studiów Wschodnich.

«Прежде всего, страна теряет позиции стабильного и устойчивого государства, которое эффективно развивается, лавируя между Россией, Китаем и Западом, имевшего потенциал стабилизации, который трудно было переоценить. В нынешней ситуации, по крайней мере в краткосрочной перспективе, Россия становится непосредственным гарантом стабильности государства и власти и увеличивает свое влияние на стратегические институты Казахстана и кадровую политику», — пишут польские аналитики.

Конец авторитарной модернизации

«В современном мире невозможно быть модернизированной автократией (каковой позиционировал себя назарбаевский Казахстан. — прим. Ред.), которая поддерживает дружественные отношения с Западом и в тоже время приглашает российские войска в страну», — пишет эксперт Александр Баунов.

Успешная авторитарная модернизация обычно возможна только в автократиях, которые являются союзниками Запада, таких как капиталистические «азиатские тигры», Испания в поздние времена правления Франко, несколько диктатур Латинской Америки. Это была стратегия Назарбаева — сочетать авторитарную модернизацию с ограничением влияния Китая и России на страну.

Казахстанское руководство искренне старалось поддерживать дружеские связи как с Западом, так и с Россией, а не просто использовать противоречия между ними, как это делала Беларусь. 

Страна и не раздражала Россию — у нее не было желания присоединяться к политическим или военным группировкам, против которых выступала бы северная соседка. В отличие от Восточной Европы, которая унаследовала выбор времен Холодной войны между НАТО и ЕС или Россией, Центральная Азия не сталкивалась с такой экзистенциальной проблемой.

Но последние события всё изменили. Для постсоветских стран это пример того, насколько тяжело становится удерживать равновесие в противостоянии между Россией и Западом. Автор полагает, что концепция «автократии, близкой к Западу», больше не жизнеспособна.

Эксперты «проспали» Казахстан

Протесты в Казахстане застали врасплох не только власти страны, но и международных обозревателей, пишет эксперт Эрик Д'Амато в своей статье для Newsweek.

Он честно признается, что эксперты полностью «проспали» события в Казахстане. 

«Сказать, что эксперты проспали внезапные общенациональные протесты и ожесточенные столкновения, было бы приуменьшением», — говорится в статье.

Доказательством этого автор считает полное отсутствие на местах репортеров ведущих западных СМИ, некоторые из которых вместо этого вели «репортажи», находясь за тысячи километров от места событий.

Никому не удалось предугадать, что не слишком большие протесты против подорожания сжиженного газа через несколько дней приведут к поджогу президентского дворца и мэрии.

Читайте также:
Чего Москва хочет от Казахстана?

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера