«Сотрудник ГУБОПиК настаивал, чтобы я ходил на митинги и «сдавал» людей»

Артем (имя изменено. — РС) в 2020 году жил в одном из райцентров. Работал инженером. После выборов был возмущен насилием со стороны милиции. В сентябре 2020 года Артема задержали, дали «сутки» за участие в акции протеста.

«Ко мне в изоляторе приходил заместитель прокурора. Дал бумажку подписать, что я предупрежден, что могу получить уголовное дело за протесты. На другой день за мной в камеру пришел сам начальник изолятора. Отвел в отдельную комнату. Там сидели, как они представились, сотрудники ГУБОПиК. Вели себя довольно дружелюбно. Расспрашивали, где я работаю, чем интересуюсь, про мои музыкальные увлечения, какие я люблю фильмы, как собираюсь строить карьеру; про родителей, сестру спрашивали.

Они вели себя якобы доброжелательно, а меня всего колотило.

После долгой паузы спросили, буду ли я еще ходить на митинги. Я начал говорить, что конечно же, нет, я и так в ИВС попал. Больше не пойду. А они: «А если мы тебя попросим?»

Он говорит, что смысл в его «хождении» на митинги милиционеры вкладывали такой:

чтобы он там знакомился с людьми и потом «сдавал» их. Также, по словам Артема, милиционеры предложили вступать в закрытые дворовые чаты, посещать встречи.

«Сказали: мы тебе улучшим условия в камере, мы не дадим ход еще трем протоколам на тебя. Мы тебе будем помогать решать все вопросы в городе и на работе. Они много мне описали плюсов от сотрудничества», — вспоминает Артем.

На него давили угрозой депортации (ведь он не гражданин Беларуси), упоминали родителей, «которых ты больше не увидишь».

Я спросил, есть ли у меня выбор. Сказали, что нет. Посадили за стол, дали лист бумаги, сказали писать. Написал, что обещаю сотрудничать с внутренними органами под псевдонимом… Тут я замялся, спрашиваю: «А какой псевдоним?» Они засмеялись и говорят: «Ну ты же Стивена Кинга любишь, будешь Стивеном». Хотя я не говорил, что люблю Кинга. Обещали, что позвонят мне после «суток» и мы встретимся в городе. Сказали хранить все в секрете», — добавил Артем.

Условия в камере, кстати, ему не улучшили, отметил Артем.

После «суток» он вышел из изолятора — и тут же был задержан милицией. «Показали снимок, где я был на акции. Спросили, что я там делал. Гулял. «Ах, гулял?» — и потащили обратно в изолятор. Дали очередные «сутки».

После выхода Артема вызвало начальство, и он уволился, так как понимал, что покоя не будет.

«Потом позвонил тот, из ГУБОПиК. Предложил встретиться в городе. У меня было очень тяжелое психологическое состояние. Я позвонил юристам, правозащитникам, в фонды разные. Мне посоветовали не идти на встречу. Тот, из ГУБОПиК, настаивал. Я отказался и решил выехать из города», — рассказал Артем.

Шесть месяцев он жил «у знакомых знакомых».

«Ведь тогда была надежда на перемены… Мы все ожидали, что вот победим, я вернусь домой. Но через шесть месяцев стало понятно, что засиделся я «в гостях». Поэтому поехал за границу. Милиция и до сих пор ищет меня, ходит к родителям», — говорит Артем.

«Шантажировали мать, говорили, что знают, куда она ездит и когда»

Марина (имя изменили для безопасности. — РС) живет за границей. В 2020 году она проявляла активность в акциях диаспоры. Возможно, этим вызвало внимание со стороны органов.

«История попытки моей вербовки не исключение.

Многим нашим за рубежом приходили такие «интересные» предложения.

Осенью 2021 года мне написал незнакомец в Telegram. Представился сотрудником КГБ. Начал писать, что знает обо мне много.

Знает, что я не могу приехать на могилу родственников. Написал о маршрутах моей матери — куда и как она ездит. Говорил, что могут встретиться с моей матерью.

Я ее, кстати, сразу об этом предупредила. Сотрудника пригласила приехать ко мне за границу.

Через три дня он снова начал писать мне. Мол, может, ты воспринимаешь это как шутку или розыгрыш, но все серьезно, наши намерения серьезные. Я его просто заблокировала. Моей приятельнице тоже поступали такие предложения. Ей вообще прислали снимки входной двери квартир матери и родственников. Другим писали данные родственников, с пропиской и так далее. Я не знаю, откуда у них такой интерес ко мне. Я давно уже не активничаю нигде», — говорит Марина.

«Сейчас они пытаются вербовать поголовно всех, кого задерживают»

Бывший начальник управления ГУБОПиК (сейчас он в инициативе ByPol) Александр Азаров в комментарии отметил, что сейчас милиционеры «пытаются вербовать поголовно всех, кого задерживают».

«Сотрудничество с органами — это добровольное дело. Лучше, конечно, не соглашаться, ничего не подписывать, не давать информации, которая может привести к задержанию других людей. Вербовать — ну такая задача опера. Если ситуация невыносимая, невозможно отказаться и вы подписали бумаги, следует связаться с ByPol: мы посоветуем, что делать дальше», — говорит Александр Азаров.

В арсенале оперативников множество способов и методов вербовки. Это могут быть угрозы, шантаж, обещания.

«Важно помнить — верить милиционерам нельзя. Они врут, обманывают. Сейчас слово сотрудника милиции не стоит ничего.

Обещания «помочь с карьерой», «решить вопросы» — ложь. Еще такой момент: когда-то архивы будут открыты и все завербованные будут определены. Нужно об этом помнить. Конечно, вопрос — человек или просто подписал бумаги, или он «оказывал помощь» органам. Лучше все же сопротивляться», — считает бывший милиционер»

Тем, кто живет не в Беларуси и получает «предложения» в Telegram, он советует не разговаривать, не отвечать, сразу блокировать этот аккаунт.

«Писать такие предложения — это их работа. Но лучше не вступать в диалоги. Ничего они вам не сделают», — уверен Александр Азаров.

«Майор Дробутько ненавязчиво поинтересовался, не хочу ли я получить «по е…у». Павел Батуев в живописных деталях описал свое заключение

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера