«Дети не знают, что такое смерть, и им легче перенести это»

Белоруска Екатерина Водоносова выезжала из Киева вместе с мужем и двумя детьми — Стефанией и Янушем. Им 11 и 7 лет. Сейчас они находятся в Белостоке.

 Фото: социальные сети

«Я сама в день начала войны не спала, у меня была бессонница. Дети проснулись уже около семи часов утра, когда начала звучать сирена.

Я сказала, что они в школу не идут, так как началась война. Они это очень естественно восприняли, не было никаких вопросов. Сын порадовался, что не идет в школу, и стал смотреть мультики.

Нам тогда не было понятно, каким образом мы вообще можем выехать. У нас нет машины. В первый день делали не очень осмысленные вещи: набирали воду, собирали все документы, находились словно в коматозе. Каких-то серьезных бесед с детьми мы не проводили. Когда уезжали из Минска, там мы разговаривали, что не можем взять все игрушки, книжки. Они привыкли к переездам», — говорит Екатерина.

Семья ехала через Львов. Оттуда к границе их повезли местные волонтеры. Попасть на эвакуационный поезд у них не получилось из-за огромного количества людей.

Фото: социальные сети

«Дети очень стоические, их закалила эмиграция. Они молодцы.

Физически им было тяжело, но они не жаловались и не ныли. Вели себя достойно. Проблема была даже еду найти, чтобы их покормить, но они терпели. Могу гордиться ими. Только когда переходили пограничный пункт, у сына началась мигрень из-за того, что было холодно. Он начал плакать. Стефу тоже трясло, я спрашивала, накрыть ли ее. Дочь отвечала, что ей нормально, и просила накрыть Яна. Сын у меня часто спрашивает, вернемся ли мы в Украину, если Путин умрет. И поедем ли в Беларусь, если не станет Лукашенко. Дети очень прекрасно все понимают.

У моей дочки лучшая подруга в Киеве, они созваниваются и могут несколько часов разговаривать, играть. Они пытаются даже во время войны вести нормальную детскую жизнь. Но это не отменяет, что они все понимают. Дети не знают, что такое смерть, и им легче перенести это.

Помню, что как-то в дороге остановились, вывела детей в лес, чтобы они справили свои физиологические потребности. И тут началась бомбежка Гостомеля. Мы стоим посреди леса, и тут начинает все сверкать от вспышек. Говорю об этом детям, а сын спокойно отвечает, что ему еще нужна секунда», — рассказывает Екатерина.

«Дочка со второй недели войны самостоятельно ежедневно занимается по всем предметам»

Светлану и ее пятнадцатилетнюю дочь Любовь война застала в Вышгороде. Они решили никуда не уезжать, а остаться, ведь Украина за это время стала для них вторым домом.

«Также я предчувствовала проблемы легализации в Европе с белорусским паспортом. Мы уверены, что победа за нами. Это наша родина, которую нужно защищать, так как Беларусь уже оккупирована врагом.

В день начала войны дочь проснулась от взрывов и прибежала ко мне в комнату. Я сама не понимала, что происходит. Когда взрывы продолжились и затряслись окна, стало ясно. Собрали документы, какие-то вещи. Она очень быстро реагировала, слушала меня. Конечно, общения со сверстниками ей не хватает. У нее сейчас возраст, когда хочется погулять», — говорит Светлана.

Фото: АР

Самый тревожный период у подростка начался, когда она прочитала, что ракеты на Украину летят из Беларуси. У нее был тогда один вопрос: «За что?».

«Первые три дня были самые критические. Мы собирали аптечку, обустраивали подвал. Наш город войну только слышит, но своими глазами не видит. И это именно то, что помогает более или менее выстоять морально.

Дочь со второй недели войны самостоятельно ежедневно занимается по всем предметам. Учится по расписанию из дневника. Но вот объявили уже, что школа в нашем городе начнется онлайн с 4 апреля.

Есть, конечно, у нее переживания насчет знаний, до войны у нас были планы поступления в лицей. Решили не паниковать, все проблемы по мере поступления будем решать», — говорит она.

День назад у дочери Светланы был день рождения. В городе, где они остаются, нет тортов. Пекли свой из того, что было.

«Я спросила, что ей подарить. Она на меня долго смотрела и спросила, можно ли.

Дочь сказала, что ее день рождения праздновать не будем. Вот ей 15 лет, нет праздника. Плачу. А еще ее подруг на день рождения не пустили родители. Боятся отпускать в такое время.

Люба переписывается с одноклассниками. В последнее время все реже. Многие уехали. Своя жизнь, заботы», — вздыхает Светлана.

«Еще учу детей есть то, что есть»

Елена выбиралась из Киева вместе с двумя детьми — Александром и Евгенией. Им 12 и 13 лет. Сначала семья поехала в небольшой поселок под городом Макаров. Там они пробыли девять дней в подвале. Сейчас Елена с детьми находится в Ивано-Франковске.

«Мы заранее репетировали сбор тревожного чемоданчика. В начале февраля еще, когда назвали первые возможные дни вторжения России в Украину, я с детьми поговорила об этом и рассказала, что мы будем делать в таком случае.

В день начала войны я разбудила детей и сказала, что нужно собираться. Они очень быстро организовались, достали чемоданы, положили самое необходимое. У них уже на тот момент был заранее составлен список. Взяли, кстати, учебники. Мы сели в машину и поехали. Я с ними разговаривала все время, им было страшно, когда рядом с нами слышались взрывы, когда они видели разрушенные поселки, технику.

Вообще у детей хорошо работает защитная реакция. Мои мне задавали вопросы, что мы будем дальше делать, я спокойно на них отвечала, и они нормально это все переваривали. Теперь дети научились реагировать на сирены, взрывы. Понимают, когда они далеко, а когда близко.

Еще учу детей есть то, что есть. Например, когда мы были в подвале, в ближайших магазинах не было еды. Было то, что взяли из Киева», — говорит она.

Фото: АР

Первое время отвлечь внимание детей на что-то другое Елене было сложно. У них не было учебы, только через две недели учителя начали делать онлайн-занятия.

«До учебы я отвлекала их внимание на приготовление пищи, уборку, помощь другим людям. А сейчас у нас все вместе, без дела они не сидят. И когда помогают, чувствуют себя полезными. Живем, как в коммуне. У каждого свои обязанности, — делится Елена.

— А что касается политики, то у моих детей и без взрослого мнения сформирован взгляд, что русские напали на Украину. И он не навязан. Дети видят, что происходит вокруг, и еще общаются со своими местными одноклассниками. Понятно, что информацией между собой они обмениваются.

Конечно, Беларусь здесь выступает как страна-агрессор, но я стараюсь не формировать у детей возмущение к родине. Я им объясняю, что мы не едем туда, пока там такое государство. Они хотят увидеться с родственниками, но не оставаться там. Поэтому я просто объясняю, что сейчас такое время, которое нужно переждать. Пока здесь спокойно, мы будем здесь».

Читайте также:

Как разговаривать с детьми о военных событиях? Советы психолога

«Люди уезжают с пониманием, что скоро они не вернутся». Психолог о новой волне миграции из Беларуси

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера