Наиболее полно и без идеологических перекосов историю Владимира Катрюка излагает шведско-американский историк Пер Андерс Рудлинг в своей статье «Террор и местная коллаборация в оккупированной Беларуси: пример 118-го батальона охранной полиции».

В разгар Второй мировой войны нацисты столкнулись с сильным партизанским сопротивлением на восточном фронте. Для решения этой проблемы были предприняты радикальные меры. В 1942 году по приказу рейхсмаршала Германа Геринга в партизанских районах необходимо было «конфисковать всю еду, угнать на принудительные работы всех трудоспособных мужчин и женщин и отправить детей в специальные лагеря».

С тех пор немцы начали регулярно окружать и сжигать любую деревню, которую подозревали в поддержке партизан, а ее жителей расстреливали, сжигали заживо или загоняли на принудительные работы в Германию.

Решать, сжигать деревню или депортировать ее жителей, должны были местные командиры службы безопасности (СГ). В 1942 году немцы начали политику создания «мертвых зон», где уничтожалось все, включая людей.

Сожженные деревни считались партизанскими. Не разрешалось их восстанавливать, а любого, кого встречали там, считали за партизана и расстреливали. Леса, где прятались партизаны, вырубались и выжигались огнем.

Партизанские зоны на территории оккупированной Белорусской ССР. Фото: Wikimedia Commons

Партизанские зоны на территории оккупированной Белорусской ССР. Фото: Wikimedia Commons

К лету 1943 года партизанское сопротивление в Беларуси вступило в силу. Немцы ответили политикой коллективных наказаний. За время оккупации было проведено 60 крупных и 80 более мелких операций по «успокоению». В результате было уничтожено 627 деревень, чьи жители чаще всего были заживо сожжены карателями. 

118-й батальон

Основу 118-го батальона охранной полиции составляли украинские националисты из Буковины, присоединенной к Украине в 1940 году в результате пакта Молотова-Риббентропа. Батальон был частью ультранационалистической ОУН, а после ее разделения в 1940 году — меньшего по численности крыла Мельника.

900 из 2 000 членов ОУН (м) в Буковине входили в так называемый Буковинский курень (батальон). Рудлинг считает возможным участие Буковинского куреня в убийствах в Бабьем Яру, где было уничтожено 50-60 тысяч человек.

Но уже в сентябре 1941 года нацисты начали расстреливать во все том же Бабьем Яру украинских националистов, сначала бандеровцев, а в ноябре — мельниковцев. Буковинский курень был расформирован, а многие его члены, включая офицеров, направлены в 115-й и 118-й батальоны охранной полиции. 

Начальником штаба 118-го батальона стал Григорий Васюра. Он был направлен в Беларусь для борьбы с партизанами. Батальон прибыл в Минск в ноябре 1942 года и практически сразу был переброшен в деревню Плещеницы.

Бойцы 2-й роты 118-го батальона. 1942. Фото: Wikimedia Commons

Бойцы 2-й роты 118-го батальона. 1942. Фото: Wikimedia Commons

Самой активной частью батальона была первая рота, состоявшая преимущественно из националистов из Западной Украины. Элитную часть батальона составлял первый взвод первой роты, который возглавлял Владимир Катрюк.

Катрюк родился в Буковинской деревне Лужаны в 1921 году. Тогда Буковина находилась в составе Королевства Румыния. В Буковинский курень он вступил в 1941 году, после реорганизации которого в полицейский батальон Катрюк по собственному желанию поступил на службу в третью роту 115-го батальона охранной полиции, а затем в первую роту 118-го.

Старшины батальонов шуцманшафта 102, 115 и 118. Фото на военных курсах в Минске в 1942 году. Фото: Wikimedia Commons

Старшины батальонов шуцманшафта 102, 115 и 118. Фото на военных курсах в Минске в 1942 году. Фото: Wikimedia Commons

В 118-м батальоне Катрюк был командиром отделения (Gruppenführer) первого взвода первой роты. Эта рота была лучше вооружена и практически полностью состояла из украинских добровольцев. В отделении Катрюка было 10-12 человек. 

На территории оккупированной Беларуси 118-й батальон охранной полиции принимал участие в наиболее жестких операциях по «успокоению». С марта по август 1943 года он участвовал в операциях «Горнунг» («Hornung»), «Драуфгенгер» («Draufgänger»), «Коттбус» («Cottbus»), «Герман» («Hermann») и «Вандсбек» («Wandsbeck»). Кроме того, 118-й батальон сражался с польским подпольным движением.

Например, в ходе операции «Коттбус» было убито 13000 человек, а в ходе операции «Герман» — 4280 человек и еще 654 взято в плен. В имеющихся документах упоминается по крайней мере 17 таких операций, в которых принимал участие 118-й батальон в том или ином составе.

Батальон служил в Беларуси до июля 1944 года, а затем направился вслед за немцами, отступившими в Польшу. В Восточной Пруссии 115-й и 118-й батальоны объединили в новый 63-й украинский батальон охранной полиции. Затем он был реорганизован в 30-ю гренадерскую дивизию СС, которая должна была сражаться во Франции. Десятки членов батальонов дезертировали еще зимой 1942/1943 и присоединились к Украинской повстанческой армии в Волыни, которая вела такую жесткую тактику, как и нацисты. 

Расследование в СССР

Во время судебного заседания по делу Васюры

Во время судебного заседания по делу Васюры

Многим бывшим полицейским удалось скрыться от правосудия. Из тех, кто отступил вместе с немцами, домой не вернулось более 30%. Примерно 100-120 членов 115-го и 118-го батальона, в основном украинцы, были репатриированы в СССР. Большую часть из них высылали силой.

Но из-за бардака, который царил после войны в Советском Союзе, многим удалось скрыть опасные факты из своей биографии от властей. Бывшие полицейские были осуждены в числе других советских военнопленных и отправлены в лагеря, где просидели до амнистии 1955 года, после которой вернулись к более-менее нормальной жизни.

А в начале 1971 года в Управление КГБ по Гродненской области пришло официальное письмо из Москвы, в котором запрашивали информацию о 118-м батальоне и его деятельности. КГБ принялся изучать архивы в БССР: государственный, а также местные архивы в Гродненской, Брестской, Львовской и Киевской областях. В результате нескольким членам 115-го и 118-го батальонов был вынесен приговор.

Показания дает один из бывших участников 118-го полицейского батальона

Показания дает один из бывших участников 118-го полицейского батальона

В начале 1970-х годов были арестованы полицаи Кнапа и Лозинский. Обоих приговорили к смерти, но после Президиум Верховного Совета БССР изменил приговор на 15 лет тюремного заключения. Затем в 1974-1975 годах начался процесс против Василия Мелешко, командира первой роты 118-го батальона. 

Мелешко первую свою карательную операцию в командном звании провел в Шмелевичах в январе 1943 года. На его счету также Хатынь, Селище и Заречье.

Вместе с немцами он отступил и впоследствии записался добровольцем во Французский иностранный легион, чтобы избежать выдачи в СССР. Сражался на стороне Франции в Северной Африке. Но не помогло. В 1949 году Мелешко репатриировали в Киев из спецлагеря в Германии и посадили в тюрьму за сотрудничество с немцами, но в 1955 году, в рамках всеобщей амнистии, его освободили.

В 1974 году стало известно о его деятельности в качестве командира роты 118-го батальона. Мелешко казнили за убийство десятков гражданских лиц.

В зал суда вносятся 14 томов судебного дела Васюры

В зал суда вносятся 14 томов судебного дела Васюры

В ходе следствия по делу Мелешко удалось найти многих членов 118-го батальона охранной полиции. Их деятельность во время войны больше не была тайной. Именно показания Мелешко вывели на Григория Васюру, который ранее выдавал себя за жертву нацистов.

В 1952 году за сотрудничество с немецкими оккупантами Васюру приговорили к 10 годам тюрьмы, но также в 1955 году освободили по амнистии. Мелешко же доказал, что только выполнял жесткие приказы Васюры по уничтожению мирного населения.

В 1986 году Васюру также судили за массовые убийства и военные преступления, среди которых наиболее известным является бойня в Хатыни, когда в марте 1943 года карательный батальон безжалостно уничтожил деревню и 186 ее мирных жителей.

Дело Васюры состояло из 14 томов материалов, в которых достаточно подробно рассказывалось, что же произошло в белорусской деревне 23 марта 1943 года. Васюру признали виновным по всем пунктам обвинения и приговорили к смертной казни. Приговор привели в исполнение в 1987 году.

Свидетели, пострадавшие от карательных операций немцев и коллаборационистов

Свидетели, пострадавшие от карательных операций немцев и коллаборационистов

Расследование по Хатыни проводилось очень серьезно. Белорусский военный округ выделил две машины и нескольких следователей, которые ездили по всей республике и допрашивали свидетелей, как жертв, так и преступников. Все показания перепроверялись военной коллегией Верховного суда СССР. В ходе расследования дела Васюры были допрошены 26 бывших полицаев. В минский суд привезли Кнапа и Лозинского, которые отбывали срок в лагере в Коми в АССР.

В 1986 году было установлено, что 118-й батальон охранной полиции принимал участие не только в расправе в Хатыни, но и был замешан в уничтожении таких деревень, как Шмелевичи, Котели, Заречье, Боброво, Осовы, Маковье и Уборье.

Дело Катрюка

Во время расследования дел Мелешко и Васюры советская прокуратура заинтересовалась Владимиром Катрюком, сержантом 118-го батальона охранной полиции. 

Из протокола допроса В. А. Мелешко 28 мая 1973 г.:

«Вскоре деревянный сарай с людьми загорелся. … Люди сломали дверь и пытались бежать. По ним был открыт огонь из пулеметов, выставленных в местах, о которых я сказал выше. Стреляли также и автоматчики по бежавшим мирным жителям. Стрелял Катрюк, я видел это сам, а также расстреливали их из автомата те каратели, которые находились на другом фланге… Одновременно с тем, как огонь был открыт по людям, которые пытались выскочить из сарая, те же каратели стреляли по людям, которые находились в нем. Те, кто пытался спастись, тут же падали, подкошенные пулями. Таких, кто хотел выскочить из сарая, было несколько человек. Все же остальные люди находились в нем. Огонь по сараю вели из пулеметов, автоматов, винтовок».

Из протокола допроса И. Л. Петричука 31 мая 1973 г.:

«…я рассмотрел Смовского, Кернера, Винницкого, Германа, Родько, Луковича, Лакусту, Катрюка, Думича и Кнапа среди карателей, находившихся возле сарая. Карателями, которые находились там, и был открыт по сараю с людьми огонь. Помню, что по сараю велась стрельба из станкового пулемета длинными очередями… Почти одновременно, как была открыта стрельба, загорелся сарай с людьми. Осужденные на гибель люди начали кричать. Крики разносились по всей деревне. Каратели, не прекращая огня из пулемета, расстреливали людей в сарае».

Карательная операция «Коттбус». 1943. Фото: БелТА

Карательная операция «Коттбус». 1943. Фото: БелТА

После войны Катрюк, командовавший отделением первого взвода первой роты, спасаясь от выдачи в СССР, несколько лет служил во Французском иностранном легионе, как и Мелешко. В 1951 году под вымышленным именем иммигрировал в Канаду, предоставив недостоверную информацию о своей деятельности во время войны, чтобы получить вид на жительство.

В начале 1950-х годов от родственников Катрюка, которые остались в Украине, сотрудники КГБ через угрозы потребовали его фотографию. Кагэбэшники вернулись во времена Горбачева, снова требуя раскрыть им, где находится их родственник.

Точное место проживания и фотографию раздобыла советская разведка. По этой информации минский прокурор через Министерство иностранных дел СССР прислал официальное письмо канадским властям с просьбой выдать Катрюка в Беларусь для суда.

В 1980-х годах советские власти не раз пытались воспользоваться темой военных преступлений в политических целях, в том числе чтобы дискредитировать украинских эмигрантов в западных странах. Для этой цели в СССР на английском языке опубликовали ряд книг по теме.

Во время судебного заседания по делу Васюры

Во время судебного заседания по делу Васюры

Канадские власти, которых СССР ранее не раз голословно обвинял в том, что те скрывают военных преступников, к очередному требованию советской стороны отнеслись недружелюбно, заявив, что по указанному адресу это лицо не проживает.

Однако в феврале 1985 года канадские власти создали специальную комиссию под руководством отставного судьи Жюля Дешена для расследования утверждений, что страна превратилась в приют для нацистских военных преступников. Имя Катрюк возглавляла список «текущих дел» комиссии. Но в самом СССР дело на Катрюка так и не успели завести.

15 августа 1996 года Министерство гражданства и иммиграции Канады уведомило Катрюка о том, что его гражданство будет аннулировано за «сотрудничество с немецкими властями на территории Украины и Беларуси и за участие в совершении преступлений в отношении гражданского населения Беларуси во время службы в украинском 118-м батальоне охранной полиции».

В канадском суде Катрюк отрицал участие своей роты в каких-либо крупных операциях. По его словам, их разместили в Плещеницах, а затем весной 1943 года вместе с батальоном перевели в польскую деревню Эви. Там они оставались до наступления советских войск весной 1944 года.

Катрюк следующим образом описал задания батальона:

«Защита сельчан, их припасов и их снаряжения от угроз всевозможных партизанских сил — правых польских партизан, левых польских партизан, белорусских партизан, советских партизан. Каждая из партизанских группировок имела одну потребность и у них было что-то общее: все они совершали набеги на деревни, чтобы забрать припасы и обеспечить собственное выживание и деятельность».

Он утверждал, что никогда не открывал огонь в Плещеницах и Эви. Но этому противоречили показания другого полицейского Хренова, который служил с Катрюком. Хренов под присягой сообщил канадским властям, что Катрюк присутствовал при сожжении других белорусских деревень, таких как Шмелевичи, и назвал его активным участником борьбы с партизанами в Беларуси.

Показания Хренова соответствуют показаниям других полицаев, которые в 1974 году, во время суда над Мелешко, вспоминали, как Катрюк вместе с Лакустом проводили казни членов батальонов, которых подозревали в попытке установить контакты с партизанами. 

Раннее и позднее фото Владимира Катрюка. Скриншот видео «Беларусь 1»

Раннее и позднее фото Владимира Катрюка. Скриншот видео «Беларусь 1»

Судья Дж. Надои в своем вердикте от 29 января 1999 года отметил: 

«Я нахожу сложным, если не невозможным, доверять показаниям ответчика, согласно которым он не принимал участия ни в одной важной военной операции, когда его батальон находился в Беларуси. Это просто невероятно. Я предполагаю, что ответчик должен был участвовать по крайней мере в некоторых из этих операций в 1942-1944 гг. Ответчик был заметным бойцом батальона и отвечал за его 1-й взвод. Хренов вспоминает, что Катрюк был «активным участником». Я делаю вывод, что ответчик, как боец 118-го батальона, принимал участие в операциях своей роты, и значит, бесспорно был вовлечен в борьбу с партизанами неприятеля.

Хотя я не испытываю трудности с этим выводом, я не готов, исходя из свидетельств, которые были мне представлены, делать вывод, что Катрюк участвовал в совершении зверств против гражданского населения в Беларуси. У меня недостаточно фактов, чтобы сделать такой вывод.

По моему мнению, невозможно выводить на основании одного заключения д-ра Мессершмита, что ответчик совершал военные преступления. Поэтому я считаю, что истец не доказал, что ответчик участвовал в совершении военных преступлений или что он совершал военные преступления. Истец не вызвал свидетелей, которые могли бы идентифицировать ответчика как совершителя зверств против мирного населения».

Суд пришел к выводу, что Катрюк «получил канадское гражданство за счет умышленного введения в заблуждение, мошенничества или за счет сокрытия важных обстоятельств, противоречащих «Закону о гражданстве», но в мае 2007 года канадские власти кратко и без объяснений сообщили Катрюку, что не собираются лишать его гражданства.

Таким образом Катрюк избежал депортации в СССР и продолжал работать пчеловодом в Армтауне, неподалеку от Монреаля. 

После российской агрессии против Украины и оккупации Крыма в 2014 году, отношения России с западными странами и в том числе Канадой стали еще более напряженными. Требования Следственного комитета России в начале мая 2015 года вернуть Катрюка, чтобы он мог предстать перед судом, были проигнорированы. А в конце месяца стали неосуществимыми — бывший каратель умер от инсульта 22 мая на 94-м году своей жизни. 

Могила Владимира Катрюка в Канаде. Скриншот видео «Беларусь 1»

Могила Владимира Катрюка в Канаде. Скриншот видео «Беларусь 1»

В связи с этим Следственный комитет России закрыл уголовное дело в отношении Катрюка.

До суда не дошло дело не только Катрюка.

Нацистские вожди Адольф Гитлер, Генрих Гиммлер и Йозеф Геббельс так и не предстали перед судом, так как совершили самоубийство незадолго до конца войны. Международный военный трибунал принял решение не привлекать их к судебной ответственности посмертно, но и без приговора они остались в истории палачами миллионов людей. 

Читайте также:

Генпрокуратура направила в суд первое уголовное дело против умершего

Беларусь будет требовать компенсаций потерь от «геноцида в годы Великой Отечественной войны»

Генпрокуратура Беларуси опубликовала список нацистских преступников. Среди них Коль, Шредер и Шольц

Прокуратура манипулирует цифрами жертв Тростенца

Клас
34
Панылы сорам
18
Ха-ха
14
Ого
15
Сумна
33
Абуральна
74

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?