Славой Жижек. Фото: Simon Plestenjak/flickr. com

Для меня хит Джона Леннона Imagine («Представь») всегда был песней, популярной по неправильным причинам. Представить, что «мир будет жить как одно целое» — это наилучший способ попасть в ад.

Те, кто говорит о пацифизме перед лицом нападения России на Украину, попадают в ловушку собственной версии «Представления». Представьте себе мир, в котором напряженность больше не решается с помощью вооруженных конфликтов…

Европа застряла в этом несуществующем мире, игнорируя жесткую действительность за пределами Европы. Теперь пришло время пробудиться.

Мечтание о скорой победе Украины, которое только повторяло первоначальное мечтание о скорой победе России, исчезло. Это сейчас выглядит как затянувшаяся патовая ситуация, в которой Россия медленно движется вперед, и ее конечная цель четко сформулирована.

Больше не нужно читать между строк, когда Путин сравнивает себя с Петром и: «На первый взгляд, он воевал со Швецией, отрывая от нее что-то… Он ничего не отрывал, он возвращал… Он возвращал и усиливал, вот что он делал… Очевидно, что на нашу долю выпало также возвращать и усиливать».

Митинг на 23 февраля в Москве. Фото: Associated Press

Вместо того, чтобы сосредоточиться на конкретных вопросах к Путину (действительно ли Россия просто «возвращает» и ради чего?), мы должны внимательно прочитать общее обоснование его претензий: «чтобы претендовать на какое-то лидерство — я даже не говорю о глобальном лидерстве, я имею в виду лидерство в любой отрасли — в любой стране, любой народ, любая этническая группа должны обеспечить свой суверенитет. Ведь нет промежуточного, переходного состояния: либо страна является суверенной, либо это колония, независимо от того, как называют колонии».

Смысл этих строк, как выразился один комментатор, ясен — есть два вида государств: «Суверенные и завоеванные. С имперской точки зрения Путина, Украина должна попасть в последнюю категорию».

Не менее ясно из официальных заявлений России за последние месяцы, что Босния и Герцеговина, Косово, Финляндия, страны Балтии, и, в результате, вся Европа «попадает в последнюю категорию».

Оккупированная Украина. Солдаты СС на улицах Мариуполя. Фото: Associated Press

Теперь мы знаем, что означает призыв позволить Путину «сохранить лицо». Это означает принять не незначительный территориальный компромисс на Донбассе, а имперские амбиции Путина. Причина, по которой это стремление должно быть безоговорочно отвергнуто, в том, что в сегодняшнем глобальном мире, в котором нас всех преследуют одни и те же катастрофы, мы все находимся между ними, в промежуточном состоянии, не являясь ни суверенной страной, ни завоеванной.

Настаивать на полном суверенитете перед лицом глобального потепления — чистое безумие, ведь само наше выживание зависит от плотного глобального сотрудничества.

Но Россия не просто игнорирует глобальное потепление — ведь почему она так разозлилась на скандинавские страны, когда они заявили о своем намерении вступить в НАТО? В условиях глобального потепления на карту поставлен контроль над арктическим проходом (вот почему Трамп хотел купить Гренландию у Дании). Из-за взрывного развития Китая, Японии и Южной Кореи основной транспортный маршрут будет проходить к северу от России и Скандинавии.

Стратегический план России состоит в том, чтобы извлечь выгоду из глобального потепления: контролировать главный транспортный маршрут в мире, развивать Сибирь и контролировать Украину. Таким образом, Россия будет доминировать в производстве продуктов питания настолько, что сможет шантажировать весь мир. Это конечная экономическая реальность, лежащая в основе имперской мечты Путина.

Те, кто выступает за меньшую поддержку Украины и большее давление на нее с целью переговоров, включая принятие болезненных территориальных уступок, любят повторять, что Украина просто не может выиграть войну против России. Да, но именно в этом я вижу величие украинского сопротивления: они рискнули невозможным, пренебрегая прагматичными расчетами, и самое меньшее, что мы им должны, — это полная поддержка, а для этого нам нужно более сильное НАТО, но не как продолжение политики США.

Украинский солдат возле Харькова, 26 марта 2022 года. Фото: Associated Press.

Стратегия США в противодействии через Европу далеко не очевидна: не только Украина, но и сама Европа становится местом опосредованной войны между нами и Россией, которая вполне может закончиться компромиссом между США и Россией за счет Европы.

У Европы есть только два пути, чтобы выйти из этого положения: играть в нейтралитет, что есть кратчайший путь к катастрофе, или заботиться о своих интересах.

И просто подумайте, как может измениться ситуация, когда Трамп победит на следующих выборах в США.

Некоторые левые утверждают, что война отвечает интересам военно-промышленного комплекса НАТО, который использует потребность в новых вооружениях, чтобы избежать кризиса и получить новые доходы. Но их истинное послание Украине таково: хорошо, вы жертвы жестокой агрессии, но не надейтесь на наше оружие, ведь так вы играете на руку военно-промышленному комплексу…

Дезориентация, вызванная войной в Украине, породила странных партнеров, таких как Генри Киссинджер и Ноам Хомский, которые «происходят из противоположных концов политического спектра — Киссинджер занимал пост госсекретаря при президентах-республиканцах, а Хомский был одним из ведущих левых интеллектуалов в Соединенных Штатах — и они часто конфликтовали. Но когда дело доходит до российского вторжения в Украину, оба недавно выступили за то, чтобы Украина рассмотрела соглашение по урегулированию конфликта, которое могло бы привести к отказу от претензий на некоторые земли, чтобы быстрее достичь мирного соглашения».

Короче говоря, оба выступают за одну и ту же версию «пацифизма», которая работает только в том случае, если мы пренебрегаем ключевым фактом, что война идет не из-за Украины, а из-за жесткой попытки изменить всю нашу геополитическую ситуацию. Настоящей целью войны является разрушение европейского единства, за которое выступают не только консерваторы в США и Россия, но и европейские крайние правые и левые — сейчас, во Франции, Меланшон встречается с Ле Пен.

Самая безумная идея, которая звучит сейчас, заключается в том, что, чтобы противостоять новому союзу между США и Китаем, выступающим против западного либерализма и восточного авторитаризма, Европа и Россия должны объединить силы и сформировать третий «евразийский» блок, основанный на христианском наследии, очищенном от ее «либеральных излишеств». Сама идея «Евразийского» третьего пути — это форма современного фашизма.

Так что же произойдет, «если избиратели в Европе и Америке, столкнувшись с резким ростом цен на энергоносители и разгоном инфляции, вызванной санкциями против России, потеряют интерес к войне, которой, кажется, нет конца, а потребности только растут, ведь обе стороны движутся к затяжному тупику»? Ответ очевиден: в этот момент европейское наследие будет утрачено, и Европа де-факто будет разделена между американской и российской сферами влияния. Короче говоря, Европа станет местом войны, которой, кажется, не будет конца…

День памяти жертв концентрационных лагерей в Германии, апрель 2022 года. Фото: Associated Press

Что абсолютно неприемлемо для настоящего левого сегодня, так это не только поддерживать Россию, но и делать более «скромные» заявления о том, что левые разделены на пацифистов и сторонников Украины, и что к этому разделу следует относиться как к незначительному факту, который не должен влиять на глобальную борьбу левых против глобального капитализма.

Когда страна оккупирована, правящий класс обычно подкупают, чтобы он сотрудничал с оккупантами, чтобы сохранить свое привилегированное положение, и борьба с оккупантами становится приоритетом.

То же самое можно сказать и о борьбе с расизмом. В состоянии расовой напряженности и эксплуатации единственный способ эффективно бороться за рабочий класс — это сосредоточиться на борьбе с расизмом. Вот почему любые обращения к белому рабочему классу, которые делают сегодня крайне правые популисты — это предательство классовой борьбы.

Сегодня человек не может быть левым, если он не поддерживает Украину. Быть левым, который «относится с пониманием» к России, все равно что быть одним из тех левых, которые до нападения Германии на Советский Союз серьезно относились к нацистской «антиимпериалистической» риторике, направленной против Великобритании, и выступали за нейтралитет во время войны Германии против Франции и Великобритании.

Если левые здесь потерпят поражение, игра для них закончена. Но означает ли это, что левые должны просто встать на сторону Запада, включая правых фундаменталистов, которые также поддерживают Украину?

В своей речи в Далласе 18 мая 2022 года, критикуя политическую систему России, экс-президент Буш сказал: «Результатом является отсутствие сдержек и противовесов в России и решение одного человека начать абсолютно неоправданное и жестокое вторжение в Ирак». Он быстро исправился: «Я имею в виду, в Украину», затем сказал «Ирак, неважно» под смех толпы и добавил «75», имея в виду его возраст.

Как отметили многие комментаторы, в этом довольно явном фрейдистском промахе не могут не бросаться в глаза две вещи. Первая — тот факт, что общественность восприняла скрытое признание Буша в том, что нападение США на Ирак по его приказу было «совершенно неоправданным и жестоким вторжением» со смехом, вместо того, чтобы рассматривать его как признание преступления, сравнимое с российским вторжением в Украину. Вторая — загадочное продолжение Бушем своего исправления, фраза «Ирак, неважно», что он имел в виду? Что разница между Украиной и Ираком на самом деле не имеет значения? Последняя ссылка на его возраст никоим образом не дает ответа эту загадку.

Но загадка перестает существовать тогда, когда мы воспринимаем заявление Буша серьезно и буквально: да, с учетом всех различий (Зеленский не такой диктатор, как Саддам), Буш сделал то же самое, что Путин сейчас делает с Украиной, поэтому их обоих следует оценивать по одним и тем же стандартам.

В тот день, когда я пишу это, мы узнали из СМИ, что министр внутренних дел Великобритании Прити Патель одобрила экстрадицию основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа в США. В чем он виноват? Только в том, что показал преступление, в котором случайно признался Буш: документы, опубликованные WikiLeaks, показали, как во время президентства Буша «американские военные убили сотни гражданских лиц во время войны в Афганистане, притом инциденты были нигде не зарегистрированы, а опубликованные файлы о войне в Ираке показали, что было убито 66 тысяч гражданских лиц, и заключенных пытали».

Преступления, вполне сопоставимые с теми, которые Путин совершает в Украине. Оглядываясь назад, мы можем сказать, что WikiLeaks разоблачил десятки американских Бучь и Мариуполей.

Арестованный в Ираке мужчина вместе с сыном. 31 марта 2003 года. Фото: Associated Press

Таким образом, хотя шанс, что Буша будут судить, не менее иллюзорен, чем тот, что Путина отдадут в Гаагский трибунал, минимум, который должны сделать те, кто выступает против российского вторжения в Украину — это потребовать немедленного освобождения Ассанжа. Украина утверждает, что борется за Европу, а Россия утверждает, что борется за остальной мир против западной однополярной гегемонии. Оба утверждения неправдивы, и здесь становится очевидной разница между правым и левым.

С точки зрения правых, Украина борется за европейские ценности против неевропейских авторитаристов. С точки зрения левых, Украина борется за свободу всего мира, включая свободу самих россиян. Вот почему сердце каждого настоящего русского патриота бьется за Украину.

Клас
Панылы сорам
Ха-ха
Ого
Сумна
Абуральна

Хочешь поделиться важной информацией анонимно и конфиденциально?

Чтобы оставить комментарий, пожалуйста, активируйте JavaScript в настройках своего браузера